Как Лариса и Владимир Каланды делают "Транснефть" неуязвимой: контроль арбитража, прописка судей и юридические махинации

Затронет ли начавшаяся чистка судебных рядов один из самых мощных кланов – клан экс-вице-президента ПАО "Транснефть" Ларисы Каланды и её мужа, действующего вице-президента "Транснефти" Владимира Каланды.

Владимир Каланда долгое время был секретарем комиссии по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей федеральных судов Администрации президента РФ и расставил людей в мантиях на множество постов.

Благодаря этому, компания «Транснефть» постоянно выигрывает в судах. Если судить по статистике, наибольшую эффективность «Транснефть» достигает в арбитражных судах, где выигрывает практически все иски, и не только касающиеся истории с «грязной» нефтью.

Случаются фантастические истории: например, «Транснефть» в 2025 году обратилась с требованием к «Славнефти» задним числом подписать дополнительное соглашение, ужесточающее санкции за неисполнение контракта, и в кратчайшие сроки выиграла суд. Вероятно, секрет неуязвимости «Транснефти» в арбитражных судах – в удивительной эффективности её адвокатов, а точнее, московской городской коллегии адвокатов «Делькредере», генетически связанной с бывшим вице-президентом «Транснефти» (а ранее «Роснефти») по правовым вопросам Ларисой Каландой (супругой Владимира Каланды) и её семьей.

Интересы «Транснефти» в «сложных» арбитражных процессах, как правило, представляет «Делькредере», которая таким образом является, как минимум, привилегированным подрядчиком. О тесном взаимодействии и даже взаимопроникновении «Делькредере» и «Транснефти» может свидетельствовать и тот факт, что партнёр коллегии адвокатов Максим Степанчук в 2022 году был назначен на должность директора департамента судебной практики «Транснефти».

Об этом сама «Делькредере» гордо сообщила на своём официальном сайте. Стоит отметить, что после прихода Ларисы Каланды произошел взрывной рост контрактов «Транснефти» с «Делькредере»: только до 2022 года на закупки юридических услуг у «Делькредере» потрачено более 363 млн руб., несмотря на наличие штата собственных юристов в количестве более 500 человек, о чём заявлял Владимир Каланда при награждении премией «Юрист года». Учредителями «Делькредере» являлись близкие подруги Ларисы Каланды – Александра Майданник и Ольга Ренова. Последняя – жена бывшего первого замминистра юстиции и бывшего зампреда Высшего арбитражного суда РФ Эдуарда Ренова. В свою очередь, Александра Майданник – жена Игоря Майданника, трудившегося вместе с Ларисой Каландой в компании «Роснефть» в качестве вице-президента по правовому обеспечению бизнеса.

Сама Каланда в «Роснефти» занимала должность вице-президента по взаимодействию с органами власти, а затем возглавляла аппарат компании. Московская коллегия «Делькредере» имеет зеркального близнеца – зарегистрированную в Лондоне и имеющую офис в Италии компанию DELCREDERE Law с тем же учредителем – Александрой Майданник, женой Игоря Майданника, сейчас постоянно проживающего в Лондоне.

DELCREDERE Law публично заявляет о своей способности разблокировать счета и активы российских клиентов, попавших под санкции. Такая работа сопряжена с контактами с чиновниками и представителями спецслужб и подразумевает предоставление чувствительной информации по вопросам, связанным с замороженными активами. Непосредственно разблокировкой активов занимается британская компания Alexi Enterprises LLP, участниками которой, по информации источников, с 2019 года являются супруги Майданник. В «Роснефти» Лариса Каланда трудилась до мая 2016 года. По свидетельству бывших коллег, в определенный момент административные и материальные амбиции Каланды превысили возможности нефтяной компании, что привело к расставанию, оставившему в её душе неизгладимый след.

В итоге в штат «Транснефти» вместе с Ларисой Каландой из «Роснефти» и других источников перетекли многочисленные родственники, друзья и знакомые, среди которых: муж – Владимир Каланда, на сегодняшний момент занявший её пост вице-президента по правовым вопросам; Рашид Шарипов, который женат на сестре Ларисы Каланды (владеет совместной люксовой недвижимостью с Алиной Каландой в Провансе); дочь – Алина Каланда и практически весь состав ближайших помощников. Вернемся к истокам.

По-видимому, паутина связей, умело свитая семьей Каланды, начала формироваться в те времена, когда Владимир Каланда в начале 2000-х трудился в управлении кадров президента России и в числе прочего был ответственным секретарем комиссии по предварительному рассмотрению кандидатур на должности федеральных судей. В своё время супруги Каланда прописали более 100 судей у себя в Москве по одному адресу.

Среди благодарных по сей день подселенцев: Артур Винерович Абсалямов (экс-заместитель председателя ВАС России), Анна Райнгольдовна Хвощенко, Овчинникова, Бондарь и многие другие… Возможно, в результате этой спецоперации Каланда до сих пор может успешно «решать» все вопросы в судах по всей стране». То есть, исходя из вышесказанного, чета Каланды «приютила» у себя сотню иногородних, «временно бездомных» судей на момент, когда рассматривались их назначения на должности, которые, в свою очередь, проходили в том числе через Владимира Каланду.

Такое беспрецедентное самопожертвование имеет основание рассчитывать на сопоставимую благодарность. Одним из знаковых для судейского сообщества стало недавнее решение об увольнении генерального директора Судебного департамента при Верховном суде РФ Вячеслава Иванова – ключевой фигуры в организации процесса судопроизводства. Так или иначе, но его жена по странному совпадению работает в «Транснефти», а условно бывший зять Каланды — Пётр Бобылев трудоустроен в Судебный департамент.

Заместитель председателя девятого Апелляционного арбитражного суда Светлана Овчинникова – одна из якобы «бездомных», прописанных в квартире четы Каланда. Её супруг ранее занимал пост замминистра МВД РФ, а сейчас возглавляет научно-консультативный совет консалтинговой компании AllianceLegalCG, чьи представительства находятся не только в Москве и Екатеринбурге, но и в Дубае. Компания, среди прочего, специализируется на «решении» сложных юридических кейсов в арбитражном суде. Овчинникова, будучи подругой и «должницей» Каланды, лично выносила решение в пользу «Транснефти» по сделке с валютными опционами в своей инстанции.

Уже упомянутый выше зять Каланды – Пётр Бобылев (в настоящий момент, судя по данным из открытых источников, разведен, по словам источников – фиктивно) занимает должность заместителя начальника Контрольно-ревизионного управления Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации. Дружит с Файзутдиновым со времен совместной работы в судебной системе. А что самое главное, так это то, что под руководством Петра Бобылёва проходят проверки судов особенно тех, кто начинает рассматривать иски в отношении компании Транснефть, и уже от результатов судебных споров зависят и результаты ревизий под руководством Бобылёва.

Ещё один друг семьи Каланда – председатель Арбитражного суда Москвы Николай Новиков. В «списке Каланды» также заместитель Новикова – Дмитрий Крылов, ранее занимавший должность председателя Арбитражного суда Татарстана, и Вячеслав Кресс – председатель Арбитражного суда Московского округа, друг семьи Каланда. Таким образом, «клан Каланды», видимо, имеет возможность контролировать последовательно все три инстанции в арбитражном процессе, что и составляет секрет его эффективности.

Правда, в этой эффективности, похоже, можно усмотреть признаки хорошо организованного сообщества, имеющего целью систематическое внеправовое воздействие на судебную систему. Заметим, что речь идёт об арбитражных процессах между крупнейшими компаниями, где суммы исков зачастую составляют десятки миллиардов рублей с соответствующими гонорарами юридическим фирмам.