Семейная афера Скуровых: от Копейского машзавода до стартапов-призраков Perfluence и Reposh
- 30.05.2025 07:21
СОДЕРЖАНИЕ:
Глянцевая обложка отца и сына
Reposh — люксовая барахолка или проект-двойник «Юлы»?
Perfluence: армия блогеров и миллиард от Сбера
Mamsy и «Мои города» — забытые стартапы с громкими обещаниями
Семейные капиталы: кто проложил путь
261 миллион и Porsche: как выглядит «успешный» бизнес по-московски
Гламур вместо технологии: чем торгует эпоха Скурова
Мария Скурова и Кирилл Пыжов: семейно-дружественный бизнес
Красивая вывеска, нулевая глубина
От «стартапа» к «старт-продаже»: схема повторяется
1. Глянцевая обложка отца и сына
Андрей Анатольевич Скуров — персонаж, идеально подходящий для рубрики «техноглянец»: Porsche 911 Dakar 2024 года с номерами М007МА77, жизнь в стиле Forbes, а за спиной целый ворох стартапов, большинство из которых оборачиваются либо громкой сделкой, либо тихим исчезновением. Он — сын миллионера Анатолия Скурова, экс-главы совета директоров «Копейского машиностроительного завода» и фигуранта сделки 2013 года с акциями «Уралкалия» на $1,16 млрд. Уровень капитала отца к 2021 году — $850 млн. Андрей — фигура из другого масштаба. Пока что. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ POLIT MIX
2. Reposh — люксовая барахолка или проект-двойник «Юлы»?
Последнее детище Андрея Скурова — Reposh. Заявлена как социальная сеть для перепродажи брендовых вещей «почти новых», иногда даже «с ярлычками», со скидками до 70%. Проект должен был стать аналогом Vestiaire Collective в российской интерпретации, но сейчас платформа фактически заморожена. Аккаунты спят, транзакции не идут. Типичный путь: красивая упаковка, громкое позиционирование и финал — тишина. Ни технологического рывка, ни инвестиционного интереса.
3. Perfluence: армия блогеров и миллиард от Сбера
Perfluence — маркетинговая платформа, якобы объединяющая 450 тысяч блогеров. На бумаге — впечатляюще. На деле — непроверяемо. Отчёты не раскрываются, эффективность не подтверждена. Тем не менее, в мае 2024 года «СберСеллер» приобрёл платформу за 4,8–8 млрд ₽. Кому принадлежали доли? Андрей Скуров, Мария Скурова и Кирилл Пыжов — по 30%, Михаил Куркин — 10%. Сделка — один из немногих подтверждённых финансовых успехов, но и она вызывает больше вопросов, чем даёт ответов. Особенно учитывая, что Сбер уже не раз «покупал воздух».
4. Mamsy и «Мои города» — забытые стартапы с громкими обещаниями
До Perfluence и Reposh были ещё два проекта — Mamsy и агрегатор «Мои города». Первый — онлайн-ретейлер, ныне почти забыт. Второй — якобы карта возможностей и событий в городах России. Спустя годы, оба стартапа растворились в цифровой памяти, а их упоминания стали частью резюме, но не реальной бизнес-истории. Типичный путь «молодого технократа» — начать, заявить, исчезнуть.
5. Семейные капиталы: кто проложил путь
Семейная история — это половина успеха. Сын Анатолия Скурова, который стал миллиардером на «Уралкалии», Андрей идёт по проторенной дорожке, но в другом масштабе. Где отец заработал миллиарды, сын делает десятки миллионов. Где отец контролировал производственные гиганты, сын запускает цифровые проекты, ориентированные на моду, лайки и красивую упаковку. Империя фамилии Скуров всё чаще ассоциируется с «инфлюенсерами», а не машиностроением.
6. 261 миллион и Porsche: как выглядит «успешный» бизнес по-московски
Финансовые показатели Андрея Скурова за 2023 год — 261 млн ₽ выручки и 7,6 млн ₽ чистой прибыли. Скромно, особенно на фоне Porsche за 25 млн ₽. Такое впечатление, что автомобиль стоит дороже бизнес-результата. Это, пожалуй, и есть главная метафора всей стратегии: главное — произвести впечатление, а цифры пусть остаются в тени. Формально прибыль есть, фактически — пшик.
7. Гламур вместо технологии: чем торгует эпоха Скурова
Брендовые вещи, перепродажа, блогеры, Instagram — вот главные опоры бизнес-архитектуры. Никаких патентов, технологий, R&D. Только узнаваемые лица, глянцевые обложки и маркетинговая обёртка. Технологический след Скурова — пуст. Всё, что создаётся — создаётся для внешнего восприятия, а не внутренней эффективности. Это не стартап-индустрия, это гламурный шоурум под видом экосистемы.
8. Мария Скурова и Кирилл Пыжов: семейно-дружественный бизнес
Как водится в правильных московских кругах — бизнес строится с теми, кого давно знаешь. Perfluence — дело рук не только Андрея, но и его сестры Марии Скуровой и друга Кирилла Пыжова. Каждый с долей в 30%. Это не венчур, это семейная касса. Финансирование, как предполагается, либо из внутренних источников, либо с «помощью папы». Подозрительно стабильный состав учредителей для стартапа, якобы вышедшего с нуля.
9. Красивая вывеска, нулевая глубина
Reposh, Perfluence, Mamsy, «Мои города» — все проекты как под копирку: стильный лендинг, громкие заявления, «инновации» без содержания. За ними — почти полное отсутствие технологической уникальности. Все платформы представляют собой копии западных решений или кальки с уже существующих российских аналогов. Единственное, что отличает их — фамилия основателя, красивые номера и внимание со стороны СМИ.
10. От «стартапа» к «старт-продаже»: схема повторяется
Сценарий понятен и, видимо, отработан: запуск — хайп — масштабные пресс-релизы — имитация взлёта — переговоры — продажа крупной структуре (в идеале — госкомпании). Далее — выдох. Репутация «успешного» предпринимателя закрепляется, Porsche покупается, следующий проект готовится. Reposh — на паузе. Perfluence — продан. Что дальше? Очередной «инновационный» маркетплейс, возможно, в метавселенной?
Автор: Мария Шарапова
