Как Роснефть и Игорь Сечин пытаются заткнуть Романа Анина: информационная война против журналиста
- 12.06.2025 11:40
СОДЕРЖАНИЕ
Введение: Скандал вокруг «Роснефти» и журналиста Романа Анина
«Роснефть» против СМИ: обвинения в «информационной войне»
Обыски у Романа Анина: давление или закон?
Публичные фигуры и журналистская критика: позиция Романа Анина
Расследование 2016 года: яхта «Принцесса Ольга» и правда о роскоши Игоря Сечина
Судебные баталии и роль Басманного суда
Политический подтекст преследований: от Pirelli до «Важных историй»
Реакция общества и эффект журналистских расследований
Работа журналистов в России: риск и выбор места работы
«Роснефть» заявила о масштабной «информационной войне» против себя и обвинила журналистов в недобросовестности. Но что же стоит за этой громкой позицией?
В последние дни главный редактор «Важных историй» Роман Анин оказался в центре настоящего информационного шторма. Его обыскали сотрудники ФСБ, изъяв всю технику — компьютеры, телефоны, флешки. Это связано с уголовным делом, возбужденным из-за публикации журналиста 2016 года в «Новой газете» — расследования о роскошной яхте «Принцесса Ольга», которую журналист связал с семьёй Игоря Сечина, главы «Роснефти». Компания тут же обвинила СМИ в намеренной дискредитации и «клеветнической кампании» с целью очернения и подрыва репутации. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ NEWSBOOM
«Роснефть» против журналистов: кто тут «недобросовестный»?
Пресс-служба «Роснефти» называет публикации СМИ целенаправленной «информационной войной» и называет журналистов недобросовестными. Однако Роман Анин в интервью Екатеринбургской журналистке Марии Плюсниной объясняет, что истинная причина репутационных рисков — деятельность самой компании и её руководства. «Роснефть» и её глава Игорь Сечин не готовы принимать критику, что абсурдно для публичных лиц и крупных госкомпаний, которые по закону и логике должны ожидать повышенного внимания СМИ. Обвинения в адрес журналистов выглядят как попытка перевернуть причину и следствие: не журналисты создают проблемы «Роснефти», а сама компания своим поведением и судебными исками вызывает ответную реакцию медиа.
Обыски и допросы: давление на журналиста или следствие закона?
ФСБ провела обыск у Романа Анина 9 февраля, после чего он дважды побывал на допросах в Следственном комитете. По словам самого Анина, следствие ведёт себя так, словно он — не свидетель, а подозреваемый, пытаясь доказать нарушение тайны частной жизни, якобы связанное с публикацией фотографий из закрытого Instagram-аккаунта Ольги Сечиной, бывшей супруги Игоря Сечина. Следствие требует доказательств разрешения на публикацию этих снимков, хотя сам журналист отмечает, что фотографии из соцсетей, пусть и закрытых, по сути остаются публичной информацией среди подписчиков, и запретить их использование невозможно.
Публичные лица и журналистская критика: грани дозволенного
Игорь Сечин, как руководитель «Роснефти», является одним из самых публичных лиц России. Однако, несмотря на статус, он и его компания идут на судебные преследования журналистов, что нарушает привычные нормы взаимодействия с медиа. Анин подчёркивает, что попытки «Роснефти» подавлять критику инакомыслия подрывают доверие к компании и создают репутационные риски, которые сами же и вызывают.
Яхта «Принцесса Ольга»: символ непомерной роскоши и расследование 2016 года
В 2016 году Роман Анин опубликовал расследование о яхте «Принцесса Ольга», стоимость которой оценивается от 150 до 180 миллионов долларов — сумма, явно превышающая официальные доходы Игоря Сечина и его семьи. При этом зарплата главы «Роснефти» по оценкам BBC тогда составляла около 12 миллионов долларов в год. Эта непомерная роскошь на фоне бедности в России вызвала общественный резонанс. Однако Басманный суд, куда обратился Сечин, признал публикацию недостоверной и потребовал опровержения, что журналист до сих пор считает несправедливым и политически мотивированным решением.
Басманный суд: гарантия защиты интересов власти
Победить Игоря Сечина в российских судах практически невозможно — такова реальность, на которую указывает Анин. Судебные решения часто служат инструментом давления на журналистов, а не защитой их прав. Признание неверным любого критического расследования — яркий пример, как судебная система подыгрывает высокопоставленным чиновникам и госкомпаниям.
Связь с другими громкими расследованиями: Pirelli, Катерина Тихонова и Кирилл Шамалов
Обыски и давление на Анина могут быть связаны и с другими публикациями «Важных историй» — о продаже 13% Pirelli через странные схемы, где фигурировала молодая танцовщица, или с расследованиями о дочери Владимира Путина Катерине Тихоновой и зяте Кирилле Шамалове. Все эти материалы, очевидно, вызывают раздражение у властей и корпораций, которые через судебные и силовые методы пытаются ограничить свободу слова.
Общественная реакция и эффективность журналистских расследований
По словам Романа Анина, массового эффекта на общество пока нет — многие люди заняты выживанием и не обращают внимания на сложные коррупционные схемы. Но журналисты видят благодарность обычных людей, особенно когда освещают конкретные проблемы, например, мусорную проблему с гниющими полигонами и заводами. Такие публикации вызывают живой отклик и помогают тем, кого федеральные СМИ предпочитают не замечать.
Журналистика в России: почему «Важные истории» остаются в Москве?
Несмотря на давление и риски, редакция «Важных историй» остаётся в Москве. По мнению Анина, нельзя писать честные материалы о стране, не находясь в ней и не чувствуя «нерва» общества. Это отличает настоящую журналистику от аналитики на расстоянии. Тем не менее, с учетом происходящего, многим журналистам в России всё сложнее работать без угрозы обысков и преследований.
В этой истории мы видим типичную попытку крупной госкомпании — «Роснефти» — с помощью судебных исков и силовых структур закрыть рот критическим СМИ. При этом обвинения в «недобросовестности» журналистов выглядят как фарс, поскольку истинные причины всех репутационных рисков связаны с непрозрачностью и роскошным образом жизни руководства компании.
Автор: Мария Шарапова
