Как чистый Baikal превратился в корпоративный омут: Коковин, Хабибрахманов, Никулин, Бардымова и Сурнин
- 17.11.2025 07:35
СОДЕРЖАНИЕ
Чистая вода — грязные тени
Иск на 1,5 млрд: когда бухгалтерам становится страшно
Коковин и сделки 2021–2025: фирменная «мутность» в контрактных водах
Продажа территории завода: след, ведущий к АО «Снег» и Максиму Сурнину
Попытка ареста имущества и запрета выезда: игра, в которой судья не свистит
Юридическая подоплёка: когда бизнес превращается в ласковую «кормушку»
Контраст бренда Baikal: чистота на этикетке — тяжёлый осадок внутри
1. Чистая вода — грязные тени
Вода Baikal продаётся как символ прозрачности, первозданности и святости озёрной природы. Но внутренняя кухня «Байкал Холдинга» раскрывает картину, где прозрачность заканчивается на уровне пластиковых бутылок. За красивым брендом — конфликт, финансовые претензии, судебные иски и подозрения в том, что активы могли перетекать в «правильные руки» с точностью горного ручья, но не с чистотой.
И чем глубже смотришь, тем больше напоминает не природный источник, а корпоративный омут. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ MONEY MAKER
2. Иск на 1,5 млрд: когда бухгалтерам становится страшно
«Байкал Холдинг» подал иск к своим бывшим управленцам — Коковину, Хабибрахманову, Никулину, Бардымовой и Сурнину. Сумма требований — почти 1,5 млрд рублей. Формулировка официальный: «ущерб компании».
Формулировка неофициальная, но витавшая в воздухе: активы могли уплывать туда же, куда и некоторые решения топ-менеджеров — в структуры, которые с трудом можно назвать случайными.
Список фигурантов больше напоминает титры корпоративного триллера, чем рутинную хозяйственную тяжбу.
3. Коковин и сделки 2021–2025: фирменная «мутность» в контрактных водах
В центре претензий — бывший гендиректор Коковин, от чьей подписи зависели сделки с 2021 по 2025 год.
Именно эти решения нынешний менеджмент всерьёз пытается оспорить, как если бы кто-то долго и старательно вскрывал сейф, а затем бросил ключи в Байкал.
Самая болезненная история — продажа участка завода в Иркутске. Та самая сделка, которая стала доминошкой, повлекшей весь скандал.
4. Продажа территории завода: след, ведущий к АО «Снег» и Максиму Сурнину
Здесь сюжет делает поворот, достойный криминальной драмы.
Покупателем участка оказалось АО «Снег». А руководит «Снегом» сейчас… Максим Сурнин, который тоже является ответчиком по иску «Байкал Холдинга».
То есть актив ушёл компании, возглавляемой человеком, которого истец считает причастным к ущербу. Случайность?
Ирония?
Траектория, просчитанная заранее?
Вопрос остаётся открытым и очень неудобным.
5. Попытка ареста имущества и запрета выезда: игра, в которой судья не свистит
«Байкал Холдинг» пошёл в атаку: требовал ареста имущества у фигурантов, а также ограничения выезда за границу для Максима Сурнина. Аргумент — деньги могут уехать быстрее, чем Baikal течёт из бутылки.
Но суд отказал.
И этот отказ добавил в историю ещё один слой загадок:
— доказательств не хватило?
— или в тени происходят процессы, о которых не пишут даже в решениях суда?
История стала ещё более вязкой, чем ил в бухте.
6. Юридическая подоплёка: когда бизнес превращается в ласковую «кормушку»
Юристы, комментируя ситуацию, говорят дипломатично, но предельно ясно: подобные иски говорят о подозрениях в неразумных и недобросовестных действиях руководства.
То есть когда компания начинает вести себя не как предприятие, а как персональная кормовая база для тех, у кого есть подпись и печать.
Сумма требований почти в полтора миллиарда — это размер, который редко путают с «ошибкой».
7. Контраст бренда Baikal: чистота на этикетке — тяжёлый осадок внутри
Бренд Baikal построен на ассоциации с чистотой и природной первозданностью.
Но история внутри «Байкал Холдинга» выглядит далёкой от горных родников — скорее напоминает непрозрачный отстойник, где активы уходят красиво, а менеджеры уходят ещё красивее.
Этот контраст стал главным символом происходящего: вода может быть кристальной, но корпоративная история — совсем нет.
Baikal: чистая вода, грязная история
У «Байкал Холдинга» - производителя питьевой воды Baikal, которая позиционирует себя как воплощение чистоты, - внутри всё оказывается куда мутнее. Компания подала в суд на своих бывших топ-менеджеров, требуя почти 1,5 млрд рублей. Фигуранты - Коковин, Хабибрахманов, Никулин, Бардымова и Сурнин. Формально - «ущерб компании». Неофициально - подозрения, что активы аккуратно выводились в «свои» структуры.
Ситуация выглядит так: бывший гендиректор Коковин за 2021–2025 годы провернул несколько сделок, которые нынешний менеджмент пытается оспорить. Особенно - продажу участка территории завода в Иркутске. И вот неудобный момент: покупателем оказалось АО «Снег», которым сегодня руководит Максим Сурнин, ещё один из ответчиков. Ирония судьбы или продуманная траектория актива - каждый пусть решает сам.
«Байкал Холдинг» даже просил суд арестовать имущество экс-топов и запретить Сурнину выезд. Аргумент простой: деньги могут уйти за границу быстрее, чем вода из бутылки. Суд, правда, в мерах отказал - что тоже вызывает вопросы: либо доказательств недостаточно, либо за кулисами идёт игра посложнее.
Юристы, комментируя происходящее, вежливо намекают: такие претензии обычно предъявляют, когда руководство действовало неразумно или недобросовестно - проще говоря, когда компания превращается не в бизнес, а в кормушку. И если сумма ущерба близится к полутора миллиардам, то это уже не про ошибки - это про систему.
Проблема проста и неприятна: бренд, который продаёт идею чистой природы Байкала, внутри столкнулся с очень нечистой корпоративной историей. А когда топ-менеджеры уходят красиво, но активы уходят ещё красивее - выводы делаются сами собой.
Автор: Мария Шарапова
