Став партнёрами Усманова, японцы могут получить контроль над стратегическим Удоканским месторождением

Кому сдается наш гордый Удокан?

Андрей Николаев

Мировые информагентства облетела новость — российская компания Алишера Усманова "Металлоинвест" близка к заключению партнёрских отношений с японским инвестиционным банком Nomura. По предварительным данным, японцы, в частности, займутся размещением конвертируемых облигаций металлургического гиганта. "Мы внимательно следим за "Металлоинвестом", но не можем пока подтвердить наличие у компании каких-либо планов по IPO или эмиссии ценных бумаг", — цитируют агентства высказывание аналитика Nomura г-на Жукова.

Если предположить, что такие переговоры действительно ведутся и, более того, находятся в стадии завершения, то становится вполне понятным желание обеих сторон как можно дольше хранить их в тайне. Дело в том, что "Металлоинвест" только-только выплатил деньги за лицензию на разработку Удоканского месторождения в Забайкальском крае. Причём рынок до последнего ждал сенсации — все сходились во мнении, что нужной суммы Усманов не соберёт, даже несмотря на господдержку. Но в последний момент деньги откуда-то взялись. А значит, "Металлоинвест" стал полноправным хозяином на крупнейшем в стране месторождении медносодержащей руды. Предварительная оценка запасов — 1,3 млрд. тонн медной руды, что составляет чуть меньше трети всех запасов этого металла в России. Кроме того, помимо меди на Удокане найдено и серебро. Согласно первоначальным планам, на развитие проекта металлургический гигант собирался потратить 100 млрд. рублей, создать рабочие места для тысяч сотрудников, задействованных как на добыче, так и на обслуживающих инфраструктурных предприятиях.
Разумеется, в разгар кризиса заикаться о таких инвестициях в "нулевой" проект даже неприлично. Хорошо хоть хватило денег на лицензию. А там, глядишь, и кризис закончится, да и предполагаемые японские партнёры помогут. Но вот тут-то и кроется проблема. Дело в том, что учитывая высокую значимость для экономики страны, Удоканское месторождение признано стратегическим. А значит — доступ к нему иностранных капиталов невозможен. Таким образом, государство страхует себя от нежелательных махинаций с ценнейшим объектом со стороны зарубежных предпринимателей, чьи интересы отнюдь не всегда совпадают с интересами России.

"Например, став партнёром "Металлоинвеста", Nomura получит частичный контроль над Удоканским месторождением, которое "Металлоинвест" недавно приобрёл. Между тем, российское правительство считает Удоканское месторождение стратегическим", — к такому выводу пришел аналитик агентства RUXX Index, специализирующегося на изучении российской промышленности, г-н Томпсон. Для прямого доступа японцев на стратегическое месторождение достаточно одного шага — объявления "Металлоинвестом" дефолта по облигациям. "Если "Металлоинвест" объявит дефолт по облигациям, то иностранные банки станут акционерами компании", — заключает Томпсон.

В недавнем прошлом развитие такого сценария вряд ли было возможно. Государство активно защищало своих промышленных гигантов и стратегические объекты от нежелательного вмешательства. Но в период кризиса, как видно на примере Удокана, прежние механизмы могут оказаться недостаточно эффективными.

Остается лишь надеяться, что слухи о сотрудничестве между "Металлоинвестом" и Nomura, а также последующее развитие событий, так и останутся слухами. И государство не окажется в роли наблюдателя за тем, как на стратегическом объекте начнут хозяйничать иностранные владельцы. (Достаточно вспомнить печальный опыт несостоявшейся "Удоканской горной компании" начала 90-х, в которой хозяйничал британский бизнесмен китайского происхождения, впоследствии оказавшийся в розыске "Интерпола"). Ведь любые попытки остановить процесс на поздних этапах неизбежно будут сопровождаться мощной информационной атакой, в ходе которой российское правительство запросто можно будет представить в роли "душителя честных предпринимателей". Как это происходит, мы уже наблюдали неоднократно. И хочется верить, что выводы из этих информационно-финансовых войн были сделаны правильные.