До 60 процентов депутатов попадают в Думу за деньги.

Торговля местами в Государственной думе – это то, чем никого не удивишь. Она существовала испокон веков, однако редко оборачивалась реальными уголовными делами. Недавно такой случай произошел – депутат от КПРФ Константин Ширшов был приговорен к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима и штрафу в 700 тыс. рублей. Парламентария осудили за попытку продать место в избирательном списке за 7,5 млн евро. Как изменились цены на кресла в Думе за последние годы и какое будущее ждёт рынок мандатов, разбиралась «Наша Версия».

Материалы дела Константина Ширшова гласят, что летом 2011 года он вместе с несколькими депутатскими помощниками предложил жителю Московской области Андрею Чернякову за 7,5 млн евро попасть в партийный список «Единой России» по «квоте» Общероссийского Народного Фронта. При этом Чернякову якобы гарантировали, что в Думе он окажется 100-процентно.

Интересно, что изначально услуга оценивалась в 6,5 млн евро, однако ещё 1 млн Чернякова попросили донести, когда выяснилось, что «кандидат» – фигурант уголовного дела о вымогательстве и находится во всероссийском розыске. Мошенники объясняли это необходимостью «заноса» в Следственный комитет России, чтобы прекратить уголовное преследование. Однако, как следует из материалов дела, в процессе переговоров потенциальный депутат почувствовал подвох и сдал ФСБ всю бригаду. Есть и другая версия: служба давно разрабатывала эту группу, получив сигнал об активном поиске её членами покупателей мандатов. «Решальщиков» задержали при передаче транша в 66 млн рублей. Депутатские помощники Вадим Гуржий, Владимир Мясин и Леонид Карагод впоследствии были приговорены к различным срокам заключения. Самого же Константина Ширшова из-за наличия у него депутатского иммунитета пришлось тогда отпустить. Возобновили преследование только после того, как депутаты Думы лишили свого коллегу неприкосновенности.

Суд пришел к выводу, что мошенники не собирались действовать в интересах потерпевшего, поскольку у них не было таких возможностей, а планировали просто присвоить деньги. Впрочем, так ли это на самом деле, неизвестно. Ведь знание российских реалий позволяет допустить, что у группы «решальщиков» действительно имелись связи в нужных структурах, благодаря которым обязательства перед Черняковым могли бы быть выполнены. Но если это так, концы ушли в воду.

Волчий аппетит посредников

Как утверждают сегодня эксперты, более-менее честными были только первые выборы в Думу – в 1993 году. После этого технологии торговли мандатами стали активно развиваться, а цены неуклонно расти от кампании к кампании. Говорят, что ещё в 1995 году цена вопроса достигала 150 тыс. долларов, но уже к выборам 2003 года размер взноса начинался от 1,5 млн долларов. А к 2010-му за былые 150–200 тыс. долларов можно было стать разве что помощником депутата. Именно такие суммы фигурировали в деле Михаила Беридзе – помощника сенатора, торговавшего должностями, за что он и получил шесть лет колонии строгого режима.

Сейчас знающие люди оценивают депутатский мандат в 2–10 млн евро. Почему такой разброс цен? Здесь играет роль целый ряд факторов. Главный из них, какое место резервируется в списке под «покупателя» – железно проходное или же полупроходное, где деньги ещё не являются 100-процентной гарантией того, что щедрый клиент вскоре сможет взбегать по мраморным лестницам здания на Охотном Ряду.

Ещё в 1999 году на сайте «Компромат.Ру» появился некий «прайс-лист от КПРФ», согласно которому места с 5-го по 12-е в общефедеральном списке стоили по 1,5 млн долларов, с 13-го по 25-е – 1 млн, а места в региональных списках – 200–350 тыс. долларов. Первые четыре места продаже не подлежали, поскольку были зарезервированы под партийных бонз.

Партии, балансирующие на грани проходного барьера, стараются задрать цены по максимуму, поскольку мест на продажу у них не так много. Однако и «покупателю» будет интереснее иметь дело с тем политическим объединением, которое гарантированно попадет в Госдуму.

Также важно, знаком ли партии конкретный кандидат или же он зашел со стороны. С тёмных лошадок предпочитают брать по максимуму. А кроме того, может выстроиться длинная цепь посредников, каждый из которых будет увеличивать сумму, закладывая свой интерес. Один политтехнолог на условиях анонимности рассказывал о том, как участвовал в такой цепочке в 2003 году. Речь шла также о КПРФ. Партийные аппаратчики готовы были включить кандидата в список за 1,5 млн долларов, но благодаря трем посредникам сумма выросла до 8 млн, после чего клиент послал «решальщиков» подальше, раздумав становиться «слугой народа» за такую огромную цену.

Непредвиденные риски

К тому же рынок мандатов, как и любой другой, может быть подвержен неожиданным потрясениям. Накануне выборов 2007 года таким потрясением стало согласие Владимира Путина возглавить список «Единой России». С учетом этого фактора потенциальное число единороссов в будущей Думе резко возросло, а проходные списки других партий сократились. Как утверждают политтехнологи, в тот год КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия», возможно, подняли цены на места поближе к верхушке списков, однако полупроходные позиции резко упали в цене.

«Насколько мне известно, примерно за ночь до съезда «Единой России», когда ещё никто не мог с уверенностью предполагать, что её возглавит наш президент, некоторые люди, внесшие деньги с надеждой на 100-процентное прохождение, были вычеркнуты из списков «Единой России», – рассказывает экс-депутат Госдумы от ЛДПР Николай Курьянович. – Причина, думаю, в неблаговидном прошлом кандидатов. Чтобы они своим присутствием в списке не портили имидж президента, их тихо удалили. Естественно, на следующий же день они потребовали деньги назад. И это стало поводом для определенной нервозности».

Спонсорская помощь

Как было сказано выше, суд признал Константина Ширшова и компанию виновными в мошенничестве, решив, что у них не было возможности выполнить условия сделки, пропихнув «покупателя» в список «Единой России». В целом же включение в список конкретной персоны взамен на оказание ею спонсорской помощи партии вовсе не является противозаконным делом. Таким образом, получается, что торговать местами в Думе можно вполне легально. Также не секрет, что в годы, когда коммунистов спонсировал ЮКОС, в их фракции заседали пять (!) лоббистов этой компании.

Злые языки пеняют руководству КПРФ, что в 2011 году за бортом чуть было не остался активнейший Олег Смолин, зато выше него в списке расположился «крупный бизнесмен из команды Анатолия Чубайса» Вадим Кумин. Действительно, несколько лет он проработал в РАО «ЕЭС», где, по его собственным словам, занимался «возрождением научно-проектного комплекса страны». Кстати, когда в 2009 году Кумин баллотировался в Мосгордуму, а в 2007 году занял высокую строчку в региональном списке по Челябинской области на думских выборах, его кандидатура неизменно вызывала вопросы. Рядовые коммунисты формулировали их на различных тематических форумах в Интернете.

По пути цивилизации

По мнению руководителя Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти Павла Толстых, в России ещё не сложились условия, позволяющие заинтересованным бизнесменам попадать в Думу. Это обстоятельство заставляет их обращаться к «решальщикам» в аппаратах партий или управлении внутренней политики администрации президента. «В цивилизованных странах бизнесмену предложат вложить определенную сумму в избирательную кампанию и начать проявлять общественную активность, чтобы попасть в список. В России происходит фактически то же самое, но из-за нецивилизованности рынка на нём много мошенников», – говорит эксперт. По его оценкам, от 40 до 60% депутатов попали в Думу за деньги.

Впрочем, директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко считает, что рынок мандатов постепенно входит в цивилизованное русло: «Такое явление, чтобы кто-то носил чемоданы нала, – это очень редкие исключения. Этого становится все меньше и, я думаю, скоро не будет вообще. Можно получить место за деньги, то есть за какие-то взносы в партию, когда все делается полуофициально и оформляется договор. Постепенно вся эта история будет и дальше очень серьёзно цивилизовываться».

Аналогичные процессы, по мнению экспертов, происходят и на уровнях ниже – региональных, городских и муниципальных. Но там фигурируют значительно меньшие суммы, из-за чего скандалы случаются редко. Да и выносить сор из своих властных изб на местах, как правило, не любят.