Бурная история Анастасии Волочковой в Большом театре наконец подошла к счастливому концу: танцовщица была уволена

И медведи не удержали. Анастасия Волочкова перестала быть солисткой Большого театра, но осталась активистом «Единой России»

Анна Гордеева

Бурная история Анастасии Волочковой в Большом театре наконец подошла к счастливому концу: вчера танцовщица была уволена. Гендиректор Большого Анатолий Иксанов подписал соответствующий приказ. Две недели Волочкова устраивала демонстрации и раздавала трагические интервью, обвиняя дирекцию в травле. (5 сентября, хотя имя Волочковой стояло в афише, спектакль танцевала Анна Антоничева, а друзья Анастасии митинговали у колонн.) Две недели пресс-секретарь театра Катерина Новикова объясняла всем желающим, что после того как из театра в июне по собственному желанию уволился Евгений Иванченко -- единственный танцовщик, кто соглашался работать с Волочковой, ибо мог на вытянутых руках выдержать вес страдающей артистки, -- она лишилась репертуара и, соответственно, возможности выходить на сцену. Дирекция предложила ей контракт до 31 декабря, рассчитывая на то, что новый худрук балета Алексей Ратманский, который приходит в театр с 1 января, и будет решать, что с Волочковой делать. Артистка заявляла, что её хотят выжить из театра из-за личной неприязни гендиректора, требовала разыскать Иванченко (по её мнению, покинувшего театр в результате злобных интриг) и контракт меньше чем на сезон подписывать отказывалась.

Началась эта история не 5 сентября и даже не в июне. Все началось почти десять лет назад, когда юная выпускница Вагановского училища, ученица Натальи Дудинской, решила раз и навсегда, что карьера делается где угодно, только не на сцене. Тогда уже стала разрушаться выточенная школой форма; тогда дружба с одним балетным начальником была брошена сразу после его отставки -- ради начальника вновь назначенного. Но в Мариинке стать первой и единственной балериной не удалось -- редкий случай, начальник ценил свою работу больше личных дружб и отдавал первые партии тем, кто этого действительно заслуживал. Тогда на лондонских гастролях, в русскоязычных кулисах «Ковент-Гарден», танцовщица закатила ему грандиозный скандал, называя все вещи простыми русскими именами, -- и вылетела из Мариинки как пробка из бутылки.

Тут под руку подвернулся простодушный Владимир Васильев. Он только что выпустил в Большом свою версию «Лебединого озера», где Одетта в кокошнике лихо валяла «русскую». Балерины бежали от этого спектакля; Анастасия пришла, сказала, что не видела и не танцевала ничего лучше, -- и оказалась в штате. Несколько танцовщиков подряд получили в дуэте с ней травмы -- после чего из Мариинки специально для неё был приглашен мощный и безответный Иванченко. Но Волочкова теряла форму стремительно; её работы все меньше имели отношения к балету, все более -- к эстраде; и, наконец, Васильев не выдержал напора негодующей труппы (мы вкалываем, а спектакли получает ВОТ ЭТА) и Волочкову уволил. Она отправилась в Англию, и британские газеты наполнились хроникой бурной личной жизни танцовщицы и скромных её успехов в English National Ballet.

Тут в Большом в очередной раз грянули перемены -- ушел Васильев, пришел Иксанов. Решили восстановить григоровичское «Лебединое озеро». Хореограф неожиданно потребовал присутствия именно Волочковой в спектакле -- и она вернулась.

Вернулась как королева бала. Отбирала обещанные коллегам спектакли. Потом жаловалась, что никто с ней не здоровается и не хочет сидеть в одной гримерке. Танцевала все хуже (и дело не только в том, что набирала вес -- балерины в прыжке собираются, помогая партнёру себя поднять, -- она свисала с рук, как мокрое тесто). Заказывала во время гастролей Большого в Петербурге растяжки на центральных улицах города («Анастасия Волочкова в балете «Лебединое озеро» -- без упоминания театра и коллег). Рассказывала, что её не любят, потому что она -- русская. В общем, сделала одно доброе дело: объединила всех разобщенных людей Большого театра. В большом и светлом чувстве к ней.

Последний шаг танцовщицей был сделан в минувший четверг. Она собрала пресс-конференцию и сказала, что претензии к её профессиональной форме -- чушь, так как ей в прошлом году вручили в Большом «балетный «Оскар» (назвав так личный приз Юрия Григоровича «Бенуа де ла данс» и не сказав, что именно её друзья профинансировали всю процедуру награждения и что после объявления решения жюри впервые за тридцать лет весь театр орал «позор!», свистел и топал). Сказала, что никто не заставит её покинуть Родину (лестно отождествив Большой театр и всю страну). Попыталась пустить в ход тяжелую артиллерию: напомнила, что состоит в партии «Единая Россия». После этого напоминания старые балетоманы стали вспоминать историю о том, как любимица императора Матильда Кшесинская уволила с поста директора Императорских театров, и гадать, долго ли продержится на своём месте Иксанов. Но хладнокровный менеджер вспомнил, должно быть, что государя императора у нас давно уже нет, а президент на спектаклях Волочковой замечен не был. И подписал приказ об увольнении.