Для "оборотней в погонах" настал судный день

Александр Игорев

В четверг на выездной сессии в СИЗО "Лефортово" перед Московским окружным военным судом должны предстать фигуранты нашумевшего дела "оборотней в погонах" старшие офицеры МУРа Юрий Самолкин, Евгений Тараторин, Николай Демин, Игорь Островский, Вадим Владимиров и Александр Брещанов, а также руководитель управления безопасности МЧС генерал Владимир Ганеев. Им вменяется в вину организация преступного сообщества, превышение должностных полномочий, вымогательство, незаконное хранение оружия, боеприпасов и наркотиков, фальсификация доказательств. Впрочем, никто из подсудимых своей вины так и не признал.

’Мы этого армянина в плен взяли’

Расследование дела «оборотней в погонах» (сами фигуранты предпочитали называть себя «бригадой» и АОЗТ ‘МУР’) началось в 2000 году. Тогда с сыщиками ГУСБ МВД связались сотрудники ГУИН Минюста. Они сообщили, что работающие в колониях оперативники прислали несколько однотипных донесений. В них говорилось, что некоторые осужденные в разговорах утверждали, что их уголовные дела сфабрикованы муровцами. При этом речь, как правило, шла о подбрасывании оружия и наркотиков. Поскольку в среде осужденных не принято лгать про свои уголовные дела, оперативники решили проверить сигнал из ГУИНа. Сначала просмотрели сводки 13-го ‘оружейного’ отдела МУРа (в то время фигуранты дела работали там) за последние месяцы. Выяснилось, что операции у некоторых сотрудников подразделения шли странными сериями: сначала несколько раз фигурировала одна и та же порция взрывчатки, затем её сменяло одно и то же количество патронов и т.п.

Результатом оперативной разработки стало возбуждение уголовного дела в отношении нескольких старших офицеров МУРа, а также генерала МЧС Владимира Ганеева, который активно работал с милиционерами с 1997 года. По версии сыщиков, тогда же сложилось и преступное сообщество, деятельность которого развивалась по двум направлениям: служебному и «экономическому». С одной стороны, для успешной служебной карьеры оперативники МУРа фальсифицировали уголовные дела, подбрасывая оружие, пластит, гранаты и патроны. В этих случаях, по данным сыщиков, ‘преступниками’ обычно становились бомжи, алкоголики, случайные знакомые агентов муровцев и т.п. Как правило, кто-либо из агентов оперативников просил выбранного им человека последить за сумкой и обещал за это вознаграждение. Спустя несколько минут к «преступнику» подходили муровцы, досматривали сумку и составляли протокол.

Второе направление деятельности ‘бригады’, по версии следствия, — вымогательство денег у коммерсантов. Некоторые коммерсанты соглашались платить оперативникам или оформляли на их родственников часть бизнеса. Несогласным также подбрасывали оружие и сажали за решетку. Группировка пользовалась услугами постоянных водителей, агентов и понятых.

По данным следственно-оперативной бригады, преступное сообщество имело четкую структуру. Генерал-лейтенант Ганеев, по мнению следствия, был организатором ОПС. Муровцы, зная о связях генерала в самых разнообразных госструктурах, считали его ‘крышей’ на случай непредвиденных осложнений (об этом можно судить по их телефонным разговорам, записанным на пленку в ходе расследования). Кроме того, как говорится в материалах дела, ‘Ганеев... определял объекты преступных посягательств, принимал участие в учёте и распределении между участниками преступного сообщества денежных средств, добытых преступным путем’.

Повседневной деятельностью ОПС, по данным следствия, руководили заместитель начальника 2-й ОРЧ МУРа Евгений Тараторин и два замначальника 5-го отдела 2-й ОРЧ Владимир Лысаков и Юрий Самолкин (двое последних поддерживали связь с Ганеевым). Исполнителями в ОПС, по мнению оперативников ГУСБ, являлись сотрудники 5-го отдела братья Николай и Валерий Демины, Вадим Владимиров, Александр Евстегнеев, Александр Брещанов, Юрий Козар и Игорь Островский.

В группировке был установлен день выплат, когда вторую ‘зарплату’ получали не только члены сообщества, но и их помощники, а также ‘полезные’ чиновники и т.п. По данным оперативников, доля, например, генерала Ганеева ежемесячно составляла 20 тысяч долларов. О доходах «бригады» может свидетельствовать тот факт, что во время следствия из арендуемых муровцами банковских ячеек изъяли около 3 млн. долларов. Кроме того, из материалов дела следует, что участники ОПС приобретали дорогую недвижимость в России и за рубежом.

Разработка (в ней участвовала и ФСБ) «бригады» шла трудно. Муровцы были опытными сыщиками и умели определять за собой хвост. Даже близких знакомых инструктировали, как себя вести. Так, подруга Лысакова имела привычку на собственной машине заезжать на какой-либо подземный паркинг, где пересаживалась в ожидавший её автомобиль с тонированными стеклами, за рулем которого уже сидел водитель.

Иногда Ганеев прибегал к помощи муровцев для решения личных проблем своих друзей. Однажды один из сослуживцев пожаловался генералу, что не поделил с неким кавказцем место на автостоянке возле дома. Через некоторое время просителю позвонил Самолкин и доложил о ‘проделанной работе’. Этот разговор был записан.

- Алло. Здравия желаю!

— Здравствуй, Юра (Самолкин — ГАЗЕТА).

— Ну что, Камилыч (приятель генерала Ганеева. — ГАЗЕТА). Мы этого армянина в плен взяли, притащили и там ему… Короче, мы жути на него нагнали, по голове настучали. Давай, мы тебе встречу с этим пидорасом организуем? Он будет перед тобой заикаться. Извиняться будет как шелковый.

— Ганея сейчас найду. Попрошу тебе перезвонить (Ганеем в ‘бригаде’ якобы называли генерала Ганеева. — ГАЗЕТА).

— Ну ладно, Камилыч, рад был услышать.

— А уж как я рад. Давай шестого встретимся и отдербаним эту тему.

4 года за подброшенный пистолет

Большинство ‘учредителей’ и ‘акционеров’ АОЗТ ‘МУР’ взяли 23 июня 2003 года. Однако Владимиру Лысакову, Валерию Демину и Александру Евстегнееву удалось скрыться. Сейчас они в розыске. Насколько он будет успешным — сказать трудно: беглецов ищут их сослуживцы по МУРу. Следствие Генпрокуратура РФ завершила в апреле прошлого года. Шестерым сотрудникам МУРа и генералу МЧС предъявлены обвинения сразу по нескольким статьям УК РФ: организация преступного сообщества, превышение должностных полномочий, вымогательство, незаконное хранение оружия, боеприпасов и наркотиков, фальсификация доказательств. Владимир Ганеев также обвиняется в незаконных операциях с драгкамнями — при обыске у него в сейфе нашли несколько алмазов.

В обвинительном заключении содержатся шесть эпизодов, связанных с подбросом оружия и наркотиков. В частности, в документе говорится, что 18-19 февраля 1999 года члены группировки подбросили пистолет ТТ, две гранаты и две обоймы с патронами бизнесмену Якупову, который отказался уступить им часть своего бизнеса. В результате Якупов получил 4 года колонии. В августе 1999 года также на 4 года попал за решетку предприниматель Фаустов. Ему, по данным следствия, подбросили переделанный под боевые патроны ИЖ-79 и 0,66 г кокаина. 15 марта 2001 года был задержан предприниматель Петросян. У него также ‘нашли’ ИЖ-79 с обоймой и 0,38 г кокаина. Бизнесмен получил полтора года.

В обвинительном заключении имеются и другие схожие факты. Однако не все предприниматели выдерживали прессинг. В ходе следствия, например, было установлено, что руководство ООО ‘Компания Алмед’ было вынуждено отдать 234 тысячи долларов. В противном случае муровцы угрожали расправой и распространением компромата на фирму.

Вспомнили о футболе и Конституции

Во время следствия муровцы либо отказывались отвечать на вопросы, ссылаясь на 51-ю статью Конституции, либо ограничивались фразами типа «не знаю», «не помню», «не знаком», «не подбрасывал». Их не смущали даже предъявленные изъятые видеозаписи ‘операций’, сделанные ими самими. В некоторых эпизодах на пленке видно, что сумки с оружием бомжам оставляли неизвестные, а у одного из бизнесменов ‘ствол’ оказался за поясом лишь через некоторое время после того, как его уложили лицом вниз.

Генерал Ганеев, по рассказам источников, близких к следствию, сразу после ареста был подавлен, затем повеселел и обещал участникам расследования снять с них погоны и уволить. В последнее время он не раз вспоминал о своих высокопоставленных знакомых, в частности любил упомянуть, что играл в футбол с Борисом Грызловым.

Адвокат Ганеева Владимир Левин сообщил ГАЗЕТЕ, что его подзащитный себя виновным не признает: «Ганеев считает, что дело в отношении него было сфальсифицировано, поскольку перед выборами нужно было возбудить какое-то громкое дело’. Защитники остальных подсудимых также уверены в невиновности подопечных.