В бюджете 2018 г. «Мегафон» предусмотрел расходы на исполнение требований «закона Яровой», рассказал «Ведомостям» представитель оператора, но сколько именно – не раскрыл.

В течение пяти лет реализация «закона Яровой» может потребовать от «Мегафона» расходов на сумму от 35 млрд до 40 млрд руб., оценивал в начале декабря гендиректор оператора Сергей Солдатенков. «Я исхожу из предпосылок, что данные нужно будет хранить месяц, разговоры – шесть месяцев, а оборудование будет российским», – уточнил он.

Планируется, что 35–40 млрд руб. будут равномерно тратиться в течение пяти лет, отмечает источник, близкий к «Мегафону». То есть в 2018 г. на выполнение требований «закона Яровой» оператор может потратить 7–8 млрд руб., посчитали «Ведомости». Собеседник «Ведомостей» согласен с этой оценкой. По его данным, такая сумма и заложена в бюджет. Для сравнения: планируемые на 2017 г. капитальные затраты «Мегафона» должны составить 55–60 млрд руб., следует из материалов оператора.

Бюджет оператора на 2018 г. принят в компании, но должен быть окончательно одобрен советом директоров в январе, уточняет представитель «Мегафона».

Пакет антитеррористических поправок Ирины Яровой и Виктора Озерова, принятый летом прошлого года, обязывает российских операторов связи и интернет-провайдеров начиная с июля 2018 г. хранить трафик клиентов до шести месяцев. Окончательные параметры хранения – сроки и типы трафика, которые нужно будет хранить, – должно определить правительство, чего пока не случилось. В октябре глава Минкомсвязи Николай Никифоров говорил, что министерство предлагает сократить срок хранения данных по пакету Яровой до одного месяца.

Представитель Минкомсвязи, разрабатывающего подзаконные акты к «закону Яровой», вчера не прокомментировал сроки внесения документов в правительство. Правила, регламентирующие хранение данных, сейчас дорабатываются министерством, говорит Алия Самигуллина, представитель вице-премьера Аркадия Дворковича, курирующего в правительстве отрасль связи.

МТС не закладывает в бюджет расходы на выполнение «закона Яровой» без утверждённого порядка и срока хранения данных, говорит представитель оператора Дмитрий Солодовников. Не заложены такие расходы и в бюджет «Ростелекома» на следующий год, цитирует «Интерфакс» президента компании Михаила Осеевского. У компании есть разные оценки расходов, но без утверждённых параметров хранения данных говорить о них рано, отметил он: «Там очень сильно зависит от параметров». Но механизм принятия решений в «Ростелекоме» гибок, объясняет представитель оператора. Если требуется внесение изменений в бюджет, вопрос выносится на рассмотрение совета директоров, рассказывает он.

Отдельно Осеевский в ходе заседания посетовал на отсутствие полноценного диалога между бизнесом и государством в плане реализации «закона Яровой». «У нас есть злободневные вопросы, по которым идёт дискуссия с государством, касающаяся больших денег, – это и "закон Яровой", и закон о критической инфраструктуре рунета. Не могу сказать, что сегодня коммуникация с правительственными чиновниками здесь организована и реализована должным образом», – заключил глава «Ростелекома» (цитата по «Интерфаксу»).

Представители «Вымпелкома» и «Т2 РТК холдинга» (бренд Tele2) отказались от комментариев.

С течением времени оценки затрат российских связистов менялись. Сначала выполнение «закона Яровой» может ударить по акционерам операторов – компании либо сократят дивиденды до минимума, либо перестанут платить вовсе, рассуждает гендиректор «Искрателекома» Алхас Мирзабеков. А самим компаниям придётся значительно снизить темпы строительства и модернизации сетей. Он не исключает, что сотовым операторам, возможно, придётся отложить развёртывание сетей пятого поколения (5G). Несмотря на дополнительные издержки, ключевые для «Мегафона» статьи расходов, например на развитие сетей, не будут сокращены, уверяет представитель «Мегафона».

Нормативные документы могут быть не готовы из-за того, что их применение обернется затратами операторов, и ни один чиновник не берет на себя такую ответственность, рассуждает директор по стратегическим проектам Института исследований интернета Ирина Левова.