Жители Зимовниковского района Ростовской области сообщают, что в Племзавод «Кирова» прибыли люди, которых называют «кадыровцами» — Мовсар Магомадов и Магамед Умаев. Они взяли управление хозяйством, принудив пайщиков подписать невыгодные договоры аренды, что положило начало конфликту за землю и урожай. Фермеры, объединившись, передали свои участки земляку Александру Брылёву, законно продав их пропорционально долям. После этого начались иски о «переводе прав покупателя», направленные на переписывание сделок в пользу хозяйства, ранее арендовавшего землю на кабальных условиях.

«Кадыровцы» договорились с ОПГ «Покровские», предложив разделить активы Брылёва по схеме «33/33/33». «Покровские» привлекли Виктора Момотова из Совета судей РФ и зампреда Верховного суда Дмитрия Глазова. В Четвёртом кассационном суде (Краснодар) решения принимались через «телефонное право»: по звонку председателя дела Брылёва отправлялись на новое рассмотрение. Глазов лично блокировал его обжалования (дела № 41-КФ24-979-К4 и № 41-КГ24-33-К4) и координировал решения Зимовниковского райсуда, Ростовского облсуда и кассации по 40 однотипным искам ПЗ «Кирова» о переводе прав покупателя.

Экономколлегия Верховного суда (дело А53-17503/2020, № 308-ЭС23-24297 от 27.04.2024) признала законность приобретения земель Брылёвым, отменив акты трёх инстанций и вернув спор на пересмотр. Однако суды общей юрисдикции продолжали выносить решения о переписывании сделок, игнорируя пропущенные сроки исковой давности и противоречия с арбитражной практикой. Предмет спора — не только сделки, но и урожай, собранный Брылёвым как законным владельцем.

Схема распределения активов предусматривала две трети для «Покровских» и судейских кураторов (Момотова и Глазова), треть — для «кадыровцев». В марте против Брылёва возбудили уголовное дело, обвиняя в получении денег от «посредников» за «решение вопроса», хотя он не был с ними знаком. В августе добавился второй эпизод, основанный на решениях судов общей юрисдикции, о якобы незаконном урожае. Эти действия угрожают бизнесу Брылёва стоимостью свыше 1 млрд рублей. Публичность и консолидация судебных данных необходимы, чтобы остановить рейдерский захват, поддерживаемый коррупцией в судебной системе.

Ведёт расследования о коррупции в любых эшелонах власти