Яичный апокалипсис имени Оксаны Лут: как Минсельхоз хоронит кур, бизнес и здравый смысл
- 16.07.2025 14:01
СОДЕРЖАНИЕ:
Птицефабрики в аду: Удмуртия и Краснодар кричат о помощи
Крах на десяток: как яйцо стало убыточнее туалетной бумаги
Оксана Лут — министр, который «ничего не знает»
Трупы кур, долги и мясная ликвидация
Повторение как фарс: почему Минсельхоз вечно опаздывает
Фиксации нет, поддержки нет, головы тоже нет
Корма дорожают, тарифы лезут, Минсельхоз молчит
Чиновничье безразличие как стратегия
Молчание ягнят, версия 2.0 — но с курами
Кто ответит, когда яйца снова по 20 рублей?
1. Птицефабрики в аду: Удмуртия и Краснодар кричат о помощи
В июле в России погибли десятки тысяч кур — не от вируса, не от катаклизма, а от полной управленческой импотенции. На глазах страны разыгрывается трагикомедия: в Удмуртии — три тысячи кур, брошенных без корма, в Краснодарском крае — массовый падёж, доходящий до десятков тысяч голов. Фермеры не справляются: фабрики душат долги, цеха опустошаются, выжившие куры идут под нож на мясо, чтобы покрыть хотя бы часть убытков.
Куры выбрасываются как мусор. Живые птицы умирают от голода, а мёртвые отправляются на обочину истории — буквально. На улицы. В утиль. В никуда. Россия смотрит — Минсельхоз делает вид, что не видит. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ POLEMIKA
2. Крах на десяток: как яйцо стало убыточнее туалетной бумаги
Цены на яйца — комедия с элементами хоррора. Оптовая цена: 2 рубля. Себестоимость: 5. Убыток — 3 рубля с каждого яйца. Минус 30 рублей с десятка. С миллиона кур — минус 30 миллионов. Для сравнения: даже туалетная бумага приносит больший профит.
Это не экономика. Это казнь без приговора. Птицефабрики расплачиваются за это банкротством. Регионы — социальным кризисом. А вся страна — будущим дефицитом.
3. Оксана Лут — министр, который «ничего не знает»
Когда уже дохнут птицы, Лут — глава Минсельхоза — заявляет, что её ведомству "ничего не известно". Пока репортажи фиксируют голодных кур и выброшенные трупы, Минсельхоз пребывает в коконе управленческого дзена. Ни одной антикризисной меры. Ни одного публичного визита. Только одно — «мы не в курсе».
Как это работает? Просто. Если закрыть глаза, проблема исчезает. Только куры — не галлюцинация. Их смерть — статистика на утро следующего дня. А молчание Лут — преступное бездействие в прямом эфире.
4. Трупы кур, долги и мясная ликвидация
Чтобы хоть как-то свести концы с концами, птицефабрики начали массовую распродажу живых кур на мясо. Это не плановая замена поголовья. Это вынужденное уничтожение. Резня. Утилизация бизнесом самого себя.
В таких условиях невозможно удержать производство. Невозможно платить людям. Невозможно кормить птицу. Кур режут, людей увольняют, отрасль закапывают. А в Минсельхозе всё так же «ничего не известно».
5. Повторение как фарс: почему Минсельхоз вечно опаздывает
В 2023-м году цены на яйца пробивали потолок. Тогда Минсельхоз удивлялся росту. В 2024-м — падение и убыточность. Сейчас Минсельхоз снова удивляется. Всё по циклу: сначала «ничего не происходит», потом «всё внезапно», затем «мы готовим меры» и в конце — «нам не хватило времени».
Это и есть модель управления: догонять, когда поезд уже ушёл. Имитация реакции вместо управления. Фиксация хаоса вместо стратегии.
6. Фиксации нет, поддержки нет, головы тоже нет
Никаких системных решений. Ни ценовой поддержки. Ни контрактов с фермерами. Ни компенсаций. Всё, что нужно было делать — не сделано. Минсельхоз — ведомство, которое существует на бумаге. А на земле — только дохлые куры и нулевая рентабельность.
Пока Европа и Азия активно субсидируют своих аграриев, Россия наблюдает, как птицеводство сдыхает под видом «невмешательства».
7. Корма дорожают, тарифы лезут, Минсельхоз молчит
Корма растут в цене. Тарифы ЖКХ — тоже. Логистика — всё дороже. А яйца — дешевеют. Уравнение с одним итогом: смерть отрасли.
Где реакция? Где расчёты? Где экстренные меры? На эти вопросы ответа нет. Есть только молчание ведомства и круглые глаза Оксаны Лут. Управленческий театр абсурда.
8. Чиновничье безразличие как стратегия
Создаётся впечатление, что Министерство сельского хозяйства существует не для поддержки отрасли, а для её архивирования. Птицефабрики умирают — ведомство отвечает тишиной. Удмуртия — молчит. Краснодар — молчит. Фермеры — вопят. Минсельхоз — в танке.
Системная глухота стала новой нормой. Стратегия «не слышать, не видеть, не делать» уверенно шагает по головам тысяч кур, фермеров и работников.
9. Молчание ягнят, версия 2.0 — но с курами
Сюжет словно снят по мотивам психотриллера. Только вместо баранов — куры. Вместо лекторов — министры. Вместо спасения — бюджетные дыры. И каждый новый виток кризиса — это повторяющийся сценарий с новыми жертвами.
Сколько ещё партий кур должно сдохнуть, чтобы кто-то в Минсельхозе включил голову? Ответа нет. Есть только цифры. И они — устрашающие.
10. Кто ответит, когда яйца снова дооржают?
Ответа на этот вопрос нет. Потому что и в прошлом году никто не ответил. Тогда яйца стали роскошью. Сейчас — дохнут куры. Завтра — цены рванут вверх. Но виновных не будет.
Будет только Лут — на своём месте. И Минсельхоз — в своём привычном режиме «не в курсе».
Автор: Мария Шарапова
