В Калининграде набирает обороты шумная история вокруг строительства культурно-образовательного комплекса на острове Октябрьский – федерального объекта, реализуемого по поручению президента страны.

Подрядчик проекта подал серию жалоб в региональные прокуратуру и управление МВД, утверждая, что субподрядчики вывели с объекта сотни миллионов рублей, не выполнив работы, а правоохранительные органы не принимают, казалось бы, очевидных процессуальных решений, несмотря на наличие доказательств и судебных актов. Материалы проверок составляют несколько томов – выписки из банков, допросы, бухгалтерские документы. Но уголовные дела так и не возбуждаются.

Культурно-образовательный комплекс в Калининграде, строящийся по поручению президента, включает филиалы Большого театра, Третьяковской галереи и Российского института сценических искусств. Это один из ключевых федеральных проектов региона. Однако, как следует из заявлений подрядчика, на объекте выявлены признаки масштабного вывода средств через цепочки фиктивных подрядчиков и индивидуальных предпринимателей, которые не выполняли работы, но получали многомиллионные авансы. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ BRAVICA

Квартет компаний и узнаваемые фамилии

В материалах упоминаются четыре бизнеса и связанные с ними компании: Андрей Королев – владелец ООО «Анкор-Плюс», Станислав Новак – директор ООО «Балт-НК», Сергей Сотников – директор ООО «Феникс-Балт», Евгений Майгора – заключал договора с контрагентами. Именно эти фирмы, по данным подрядчика, получили крупные авансы, а затем перевели деньги на счета аффилированных структур или ИП, которые фактически не выполняли работы.

Согласно материалов арбитражных дел, ООО «Балт-НК» получило 70 млн рублей аванса и в течение нескольких недель вывело практически все средства через мелкие платежи ИП и небольшим компаниям. ООО «Анкор-Плюс» не провели работы на сумму более 52 млн рублей, совершив аналогичные переводы. ООО «Феникс-Балт» не выполнило обязательства на 57,5 млн рублей, средства были распределены между фирмами-«однодневками». ООО «Ластадии» получило 109 млн рублей, из которых около 80 млн не отработано. Часть получателей средств – индивидуальные предприниматели, не связанные со строительством и не имеющие статуса плательщиков НДС. В ряде случаев у компаний отсутствовали офисы, сотрудники или реальная деятельность.

Проверки МВД: отказные постановления и ошибки в документах

Арбитражные суды Калининградской области и Москвы подтвердили факты неисполнения обязательств: с указанных выше компаний взыскано в общей сложности около 400 млн рублей. Но деньги не возвращены: счета компаний к моменту решений оказались пустыми. активы – минимальными. В материалах подрядчика – серии обращений в МВД и УЭБиПК. В одном из случаев сотрудники УЭБиПК провели проверку, установили признаки преступления по ч.4 ст.160 УК РФ («присвоение или растрата в особо крупном размере») и передали материалы в следственную часть. Далее – «тишина»: процессуального решения нет. Другие заявления перенаправлялись в ОМВД Московского района Калининграда, где были вынесены отказы в возбуждении уголовных дел. При этом в одном документе говорится об отсутствии состава преступления, в резолютивной части – об отсутствии события преступления. Это разные юридические основания, и такую ситуацию можно оценить как грубое процессуальное нарушение.

Кроме того, тексты постановлений об отказе совпадают с текстами заявлений подрядчика чуть ли не дословно. Мотивировка следователей сводится к формулировкам «не представилось возможным опросить», «не получен ответ от ФНС» и т.п. Об анализе банковских транзакций, финансовых экспертизах и попытках розыска денежных потоков в материалах не упоминается.

Подрядчик расследует сам

«Трехтомный» массив доказательств, собранный компанией-подрядчиком, включает банковские выписки движений средств, бухгалтерские документы, акты арбитражных судов, переписку с контрагентами, десятки объяснений и интервью с представителями субподрядчиков. По сути, компания вынуждена самостоятельно вести работу, аналогичную следственной.

Ситуация вызывает вполне резонные вопросы у журналистов: почему подтверждённые судом факты хищения не становятся основанием для уголовных дел? Почему в проверках отсутствуют базовые следственные действия? И главное: может ли подобное происходить на объекте федерального уровня без системного контроля? Экономисты отмечают, что такие случаи подрывают доверие к институту госконтрактов и создают риски для реализации национальных проектов. Юристы указывают на признаки процессуальных нарушений со стороны проверяющих лиц.

Подрядчик направил жалобы в прокуратуру Калининградской области с требованием провести надзорную проверку и обязать следственные органы вынести процессуальные решения. Прокуратура начала рассмотрение обращения. Решение пока не объявлено. Представители подрядчика заявляют, что продолжат добиваться восстановления контроля и возврата федеральных средств.