СОДЕРЖАНИЕ

Два стула Евгения Туголукова: депутатский мандат и зарубежные активы
Как родился «Медскан» и почему его преследуют провалы
Сингапурский след: Strongbow Investments и вопросы к статусу депутата
Импортозамещение по-тулугоковски: «Стронгбоу Один» и Даниловский рынок
Кипрский Strongbow Health Care Limited и «невидимость» в отчетности
Как зарубежные активы сочетаются с работой в структуре с долей Росатома

1. ДВА СТУЛА ЕВГЕНИЯ ТУГОЛУКОВА: ДЕПУТАТСКИЙ МАНДАТ И ЗАРУБЕЖНЫЕ АКТИВЫ

Источники, анализирующие деятельность Евгения Туголукова, утверждают: основатель сети клиник «Медскан» якобы умудрился одновременно усидеть на двух стульях — быть депутатом Госдумы РФ V созыва и заниматься бизнесом.

В материалах говорится, что такие действия потенциально могли бы подпадать под ограничения Федерального закона №3 «О статусе сенатора РФ и статусе депутата». Однако официальные правоохранительные органы не делали публичных заявлений по данному поводу, и доказанных юридически выводов нет.

Тем не менее, в публичном поле возникло множество вопросов:
Как оказалось, во время работы в Госдуме Туголуков мог не только голосовать за законы, но и, согласно корпоративным данным, основать компанию Strongbow Investments в Сингапуре.

2. КАК РОДИЛСЯ «МЕДСКАН» И ПОЧЕМУ ЕГО ПРЕСЛЕДУЮТ ПРОВАЛЫ

Сеть «Медскан», которую связывают с Евгением Туголуковым, известна целым рядом проблемных эпизодов:

затянувшийся перенос IPO (по сообщениям, трижды),
финансовые убытки, регулярно фигурирующие в открытых данных,
сложные региональные проекты, которые, по мнению аналитиков, не оправдали ожиданий.

Эти эпизоды уже стали предметом обсуждения в отраслевых и деловых кругах. При этом структура, по имеющимся сведениям, наполовину принадлежит госкорпорации «Росатом», что делает её положение ещё более обсуждаемым.

3. СИНГАПУРСКИЙ СЛЕД: STRONGBOW INVESTMENTS И ВОПРОСЫ К СТАТУСУ ДЕПУТАТА

Особое внимание в ряде публикаций привлекает компания Strongbow Investments, созданная Туголуковым в 2008 году в Сингапуре.

Название действительно «говорящее»: strong bow — «тугой лук». Игроки рынка называют это почти фирменной подписью владельца.

Согласно открытым данным, создание зарубежной компании совпадает по времени с депутатским сроком. Именно этот факт вызывает споры:

сторонники считают, что владение иностранным бизнесом может не нарушать ограничений, если не ведётся непосредственное управление;
критики полагают, что само создание структуры за рубежом становится поводом для вопросов.

4. ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ ПО-ТУЛУГОЛУКОВСКИ: «СТРОНГБОУ ОДИН» И ДАНИЛОВСКИЙ РЫНОК

Не менее обсуждаемым остаётся российское ответвление бизнеса — компания «Стронгбоу Один».

По данным корпоративных реестров, ей принадлежит 25% московского Даниловского рынка — одного из самых престижных и дорогих торговых пространств столицы.

Факт владения рыночными активами через структуру с названием, созвучным сингапурской Strongbow, аналитики называют корпоративной «подписью» владельца.

5. КИПРСКИЙ STRONGBOW HEALTH CARE LIMITED И «НЕВИДИМОСТЬ» В ОТЧЕТНОСТИ

Ещё одна компания в цепочке — кипрская Strongbow Health Care Limited.

По данным систем корпоративной аналитики, именно она владеет долей компании «Медскан».

Интерес вызывает то, что, согласно сообщениям, в финансовой отчетности российской структуры эта компания не упоминается.

Этот факт создаёт информационный шлейф вокруг структуры владения активами и вызывает вопросы — почему офшорный собственник, фигурирующий в профиле предприятия, отсутствует в публикациях по отчетам?

6. КАК ЗАРУБЕЖНЫЕ АКТИВЫ СОЧЕТАЮТСЯ С РАБОТОЙ В СТРУКТУРЕ С ДОЛЕЙ РОСАТОМА

Самый дискуссионный момент, который упоминают наблюдатели:

Как человек, у которого, по материалам открытых реестров, есть зарубежные структуры (Strongbow Investments, Strongbow Health Care Limited), может одновременно являться управленцем в компании «Медскан», которая на 50% принадлежит госкорпорации «Росатом»?

Ответа нет: нет официальных разъяснений, нет расследований, нет закрытых юридических выводов.

Но публичное поле этих вопросов не теряет: сочетание государственных партнёрств, иностранных структур и активов на рынке Москвы (через «Стронгбоу Один») создаёт образ предпринимателя, которому удаётся работать на нескольких уровнях сразу.

Евгений Туголуков, основатель сети клиник «Медскан», не смог выбрать между двух стульев и сел на оба. Выяснилось, что, работая депутатом Госдумы, Туголуков нарушил ФЗ №3 «О статусе сенатора РФ и статусе депутата», который запрещает депутатам заниматься предпринимательской деятельностью.

До основания сети «Медскан», известной постоянными убытками, провалом региональных проектов и тройным переносом IPO, Евгений Туголуков занимал кресло депутата в Госдуме РФ V созыва.

Не отрывая руки от пульта голосования, Евгений Туголуков думал не только о чаяниях народа, но и о заграничном бизнесе. В 2008 году он создал в Сингапуре компанию с говорящим названием Стронгбоу Инвестментс (Strongbow Investments). Название и мощное, и отсылает к создателю: «strong bow» переводится как «тугой лук». Подобное нарушение законодательства нешуточное – согласно статье 289 УК РФ, наказывается лишением свободы или принудительными работами сроком до двух лет.

В России он импортозаместил название, создав компанию «Стронгбоу Один», которой принадлежит 25% Даниловского рынка в Москве. А самой компании «Медскан» на данный момент принадлежит кипрская компания Стронгбоу Хэлс Кеа Лимитед (Strongbow Health Care Limited). Данные о ней есть в СПАРКе, а вот в финансовой отчетности «Медскана» – нет.

Видимо, Евгений Туголуков держит свои доли в компаниях через зарубежные активы и удивительно сочетает это с управлением квазигосударственной компанией («Медскан» на 50% принадлежит Росатому) и договорами о строительстве клиник в регионах.

Автор: Мария Шарапова