Экс-акционер Mirax Group Максим Привезенцев опубликовал фрагмент своей будущей книги «История мираксздания», в которой рассказывает, почему развалилась крупнейшая компания Mirax Group в кризис 2008 года.

Самого Привезенцева и руководство РЖД основной акционер и создатель Mirax Group Сергей Полонский обвинял в краже имущества на несколько миллионов долларов в ходе реконструкции Курского вокзала, на которую девелопер выделил деньги. Конфликт привёл к тому, что Полонский отказался выплачивать Привезенцеву деньги за его долю в Mirax в 3,4 %. Хотя деньги, вложенные компанией в реконструкцию, Mirax получил обратно, по словам Привезенцева.

«Наблюдая за очередным обострением эмоционального состояния бывшего миллиардера-строителя и обвинениями тех, кого Полонский ещё может вспомнить в воровстве активов "Миракса", приведу отрывок из черновиков своей будущей книги "История мираксздания", которая увидит свет в 2021 году», — пишет в фейсбуке Привезенцев.

Полонский и ещё один акционер Mirax Group Максим Темников, также упоминаемый в мемуарах, пока не ответили Привезенцеву.

«Компания» публикует этот фрагмент.

В «Мираксе» был «особый отдел», который Полонский называл «международным». Он лично курировал это направление, а управлял «захватом мира» акционер «Миракса» Темников. Доли партнёров в этих проектах составляли: 85 % — Полонский, 15 % — Темников.

Летом 2007 года на счетах компании было 700 млн долларов, включая средства нераспределенной прибыли акционеров, кредиты и деньги дольщиков.

Этим жарким летом Полонский, только по ему понятным причинам, решил, что средства на счетах компании являются личными деньгами девелопера и в августе 2007 года вместе с Темниковым купил отель Sungate Port Royal в турецком курортном местечке Кемер за 370 млн евро, что вызвало переполох среди представителей тамошнего риелторского сообщества.

Цена покупки этого объекта недвижимости завышалась в разы. Объявления о продаже отеля турецкими маклерами фиксировали цену отеля в 150 млн евро. К тому же Полонский заплатил прежнему владельцу гостиницы Мехмету Нури Геликбагу основную часть суммы «живыми» деньгами со счетов «Миракса». Кредит, взятый Полонским в турецком банке Vakif под залог самого отеля, составил только 150 млн евро (реальная стоимость актива на тот момент).

Покупка проходила без оценки рисков и одобрения советом директоров «Миракса». Других акционеров «Миракса» Полонский с Темниковым поставили перед фактом сделки.

На корпоративе по случаю Дня строителя и «покупки» странного актива я высказал мнение об этой сделке Правлению компании словами: «это начало конца», и ретивые менеджеры тут же доложили Полонскому об этом.

Скандала не случилось, Полонский перевел комментарий в шутку, сказав, что со временем мне станет понятна гениальность его стратегии. Спустя пару месяцев я обнаружил в своей машине оборудование для прослушки.

Дальнейшие события показали, что странные условия покупки вряд ли стали результатом случайного стечения обстоятельств. Управлять отелем Полонский с Темниковым не стали. Хотя на «реновацию» были потрачены десятки миллионов долларов, отель оставался по отчетам убыточным.

В 2009 году отельный проект допустил технический дефолт по платежу банку Vakif. А ещё через год Полонский с лёгким смущением заявил, что ему удалось продать бесполезный отель за 12,5 млн евро. Щедрым покупателем стал, по странному стечению обстоятельств, прежний владелец отеля Мехмет Нури Геликбаг. Куда исчезли сотни миллионов, отданные за отель в 2007 году, Полонский до сих пор не объяснил.

Через год после странной покупки турецкого отеля акционеры «Миракса» получили новую тему для пересудов.

Летом 2008 года на счетах компании было 500 млн долларов. Средств хватало на завершение десятка строительных проектов в Москве, расшивки кредитных обязательств и мягкого прохождения экономического кризиса.

В этот момент Полонский с Темниковым без одобрения совета директоров торжественно объявили о новом проекте в Лондоне. Как и в российской столице, на берегах Темзы Полонский собрался построить небоскреб, купив 50-процентную долю в проекте Beetham Tower у английского девелопера Beetham Organization. Сделка обошлась «Мираксу» в 120 млн долларов.

Согласно проекту, 52-этажное здание площадью 100 тыс. квадратных метров должно было встать неподалеку от королевского Тауэра. Однако строить высотку Beetham Organization Limited власти Лондона посчитали делом нецелесообразным и разрешение не дали (до сделки оценка рисков не проводилась). Доля Полонского, как и в случае с турецкой гостиницей, досталась банкам в счёт залога по кредиту, который Полонский с Темниковым брали под бумажный проект.

Тем же кредитным учреждениям достались и 10 млн фунтов, которые «международные девелоперы» заняли для финансирования проекта реконструкции старинных вилл Cornwall Terrace в историческом центре Лондона. Против затеи выступили лондонцы.

Деньги Полонскому никто из британцев не вернул. Впрочем, подсчитав убытки от двух лондонских затей, Полонский с Темниковым немедленно вложились в мегапроект горнолыжного курорта Aminona-Est в Швейцарии — и вновь без оценки рисков и одобрения совета директоров.

Новое «увлечение» Полонского и Темникова стоило компании 50 млн евро. Правда, дальше выпуска буклетов дело не продвинулось. Реализации проекта помешали экологи из Всемирного фонда дикой природы и Фонда защиты и обустройства ландшафта, обратившиеся в совет швейцарского кантона Вале с ходатайством о запрете строительства.

Полонский закрыл проект, даже не проведя служебного расследования, а деньги списал по статье безвозвратных убытков. На фоне потерь, которые холдинг понес в Черногории, провалив проект строительства города-клуба Astra Montenegro стоимостью в 200 млн (проект в дальнейшем за долги перешел к дольщикам и достроен без «Миракса»), инцидент в Швейцарии преподносился Полонским пустяковым недоразумением.

Акционерам «Миракса» он говорил, что «деньги — это вода из крана, на сколько вентиль откручу — столько и натечет».

Невзирая на претензии акционеров, Полонский твердил, что в Кемере, Швейцарии и Черногории он потерял собственные деньги, а не средства компании и партнёров, но факты говорили о другом.

Средства выводились не с личных счетов Полонского и Темникова, а со счетов компании.

Зарубежные проекты походили друг на друга, как близнецы. Вначале звучный пиар (многомиллионный концерт Мадонны в Черногории вспоминают и по сей день) и громкие названия. Затем утверждение несоразмерного бюджета, завышенная стоимость покупки и оформления документации и банкротство в финале.

Каждую из международных затей Полонского курировал Темников. А непосредственным «растворением денег» занимались менеджеры, чья репутация не выдерживала никакой критики.

Партнёры по «растворению денег»

К примеру, партнёром Темникова и Полонского в проекте постройки швейцарского горнолыжного курорта был Владимир Маракуца, начавший карьеру предпринимателя с мошенничества. В далеком уже 1996 году будущий девелопер продавал на улицах Москвы фальшивые путёвки в некогда всесоюзный пионерлагерь «Артек». Торговля шла бойко, а потому вчерашний харьковчанин в короткое время заработал на доверчивых родителях московских школьников круглую сумму. Деньги Маракуца вкладывал с умом, в акции сырьедобывающих компаний. Правда, в 1997 году удача подвела начинающего инвестора. Маракуца предпринял попытку хищения акций «Транснефти» и едва не попался, а потому срочно отбыл на родину в Незалежную. Правосудие настигло Маракуцу только в 2001 году. Впрочем, после отсидки он поучаствовал в рейдерском налёте на компанию «Русагрокапитал».

Другой сотрудник Темникова, подданный США Феликс Сатер, «управляющий» лондонскими проектами, как сообщала газета The New York Times, имел не менее впечатляющую биографию. Карьера этого менеджера, начинавшего биржевым брокером, сделала резкий поворот в 1993 году, когда его посадили в тюрьму за драку с нанесением увечий. Отсидка повлияла на скромного интеллигента Сатера самым неожиданным образом. Не выходя из камеры, он завёл связи с мафией, ЦРУ и влиятельными кругами из числа руководства бывших советских республик.

Второй раз в поле зрения полиции Сатер попал при попытке приобрести российские зенитные ракеты в Средней Азии. А в 1998 году его заподозрили в создании мошеннической схемы среди биржевых игроков, которая позволила Сатеру увести 40 млн долларов. В девелопмент Сатер попал, познакомившись с Сергеем Полонским и Темниковым. Уголовное прошлое Сатера «международников» не смутило.

В дальнейшем Сатер «засветился» в расследовании США о вмешательстве России в избрание Трампа президентом, но это уже другая история.

Сегодня, спустя десятилетие, очевидно, что первым шагом в пропасть банкротства «Миракса» стала покупка Полонским международного неликвида.

«Международный» отдел стал точкой концентрации напряжения, от которой во все стороны поползли трещины недоверия, паранойи, засилья «олигафрендов» (новых друзей олигарха) в советниках Полонского по управлению компанией, личностная деградация и другие факторы, убившие компанию, но это темы других глав книги. Главное, что «нелепые» зарубежные проекты Полонского определили вектор финансового краха «Миракса».

В 2006–2008 годах «Миракс» получил 1,2 млрд долларов чистой прибыли. Однако уже к весне 2009 года долг компании достиг суммы в 400 млн долларов, а позже удвоился, составив к началу августа 750 млн.

В сентябре 2009 года вопрос акционеров: «Не хочет ли Полонский открутить "денежный кран" и пополнить запасы кеша "Миракса"?» привёл девелопера в бешенство, и он обвинил партнёров в предательстве. Хотя было очевидно, что, соотнеся размер долга с общими потерями Полонского и Темникова на западном рынке недвижимости, можно было утверждать, что сотни миллионов долларов «карманных» денег Полонского, бесцельно слитых на фейковые проекты, являлись средствами кредиторов, инвесторов и акционеров.

Многомиллионный долг «Миракса» в этом свете выглядел искусственным явлением, а характер зарубежных сделок Полонского и Темникова позволял и тогда и сегодня сделать предположение о выводе средств из компании.