Рассчитывая на особый порядок рассмотрения своего уголовного дела, признали вину и раскаялись бывший главный экономист банковского надзора Банка России по Центральному федеральному округу Алексей Юргелевич и его отец бывший работник Центробанка Игорь Юргелевич. Они требовали у руководства Банка корпоративного финансирования (БКФ) выплатить им и неким «работникам ЦБ» €125 тыс. Причём Юргелевич-старший утверждал, что лишь благодаря их семейным усилиям Центробанк сделал положительное заключение о работе БКФ. Оба фигуранта были задержаны во время спецоперации ФСБ.

Басманный райсуд отказал Следственному комитету России (СКР) в продлении срока содержания под стражей Игоря и Алексея Юргелевичей, отправив обоих под домашние аресты. Это случилось после того, как оба фигуранта расследования, признав вину, начали активно сотрудничать со следствием. Освобождение обвиняемых из СИЗО в разговоре с “Ъ” подтвердил адвокат бывшего главного экономиста Центробанка по ЦФО Владимир Назимко, отметив также, что следствие находится в завершающей стадии, но его подзащитный ещё не приступил к ознакомлению с материалами дела. По делу, по словам адвоката, ещё не закончены ряд экспертиз, а также другие следственные действия.

Правоохранительные органы заинтересовались отцом и сыном Юргелевичами после завершения проверки Центробанком банка БКФ. В ходе мероприятия, которое началось 29 сентября 2017 года, регулятор собирался проверить состояние активов кредитного учреждения, обязательств по его банковским гарантиям, а также правильность начисления резервов. Свою работу ревизоры завершили 7 декабря того же года, а уже в феврале 2018 года банк получил предписание службы текущего банковского надзора ЦБ, согласно которому в деятельности кредитного учреждения серьёзных нарушений обнаружено не было.

Однако вскоре после этого к руководству БКФ обратился Игорь Юргелевич. В разговоре с банкирами бывший работник Центробанка пояснил, что является отцом Алексея Юргелевича, который якобы был назначен «куратором БКФ от ЦБ». На самом деле Юргелевич-младший был назначен главным экономистом банковского надзора главного управления Центробанка по ЦФО. Здесь же, в подразделении банковского надзора, до 2015 года работал и его отец, ставший переговорщиком.

Юргелевич-старший утверждал, что именно он и его сын способствовали принятию положительного заключения Центробанка. В частности, бывший работник ЦБ уверял, что стараниями его сына был скорректирован в лучшую сторону один из ключевых показателей работы кредитного учреждения. За эту якобы оказанную помощь Игорь Юргелевич потребовал от руководства БКФ выплатить ему €150 тыс. При этом он давал понять, что вознаграждение предназначается не только ему и сыну, но и неким «сотрудникам ЦБ», причастным к надзору. Впрочем, имен работников Банка России он не называл, лишь отметив, что выступает исполнителем некоего поручения.

Заподозрив, что они имеют дело с мошенниками, сотрудники службы безопасности БКФ обратились с заявлением в ФСБ, после чего дальнейшие переговоры велись под контролем чекистов. В результате сумму вознаграждения удалось снизить на €25 тыс, а после того как Юргелевич-старший в офисе банка на Красной Пресне получил деньги, его задержали оперативники ФСБ. Одновременно с этим другая группа в здании главного управления Центробанка по ЦФО (улица Балчуг, 2) задержала Алексея Юргелевича. В ГСУ СКР им было предъявлено обвинение в особо крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ), поскольку следствие установило, что господа Юргелевичи повлиять на результаты проверки ЦБ не могли.

Вначале фигуранты расследования свою вину отрицали, однако через несколько месяцев пребывания в СИЗО их позиция кардинально изменилась. Первым вину частично признал Юргелевич-старший, заявив, что действовал, не посвятив в свои планы сына, затем признание вины последовало от обоих.

Председатель правления БКФ Сергей Орлов говорит, что с момента ареста господ Юргелевичей следствие не информировало представителей банка о том, что происходит в деле.

Как сообщало агентство «Руспрес», за контроль над «Банком корпоративного финансирования» идёт борьба между бывшей участницей списка Forbes Ольгой Миримской и её бывшим мужем Алексеем Голубовичем — бежавшим из страны фигурантом дела ЮКОСа (затем вернулся в обмен на показания против Михаила Ходорковского). В сентябре прошлого года на квартире Миримской был найден массо-габаритный макет автомата Калашникова и грамота запрещенной в России организации «Правый сектор».

По данным сайта «Юрконтроль» «Банк Корпоративного Финансирования» недавно подвергся аудиту со стороны Центробанка. В результате вскрылись некоторые «серые» механизмы, из-за которых БКФ теперь имеет серьёзные финансовые проблемы. Дело в том, что владелец Банка Корпоративного Финансирования Ольга Миримская занималась осуществлением не совсем законных сделок с залоговой недвижимостью через оффшор на Кипре, который также принадлежит ей. По этой схеме БКФ получал в качестве залога по безнадежным кредитам квартиры на Черноморском побережье – в Ялте. Затем на эту недвижимость обращалось взыскание, и просрочка закрывалась.

Однако сотрудников Центробанка смутил один момент: недвижимость оценивалась без дисконта, а цены на квартиры устанавливались значительно выше рыночной стоимости. Кроме того, банк даже не собирался реализовывать эту недвижимость – за всё время не было продано ни одной квартиры. Нарастал только жилищный фонд кредитного учреждения.

Центробанк вынес предписание об уценке залоговой недвижимости БКФ. В результате чего «Банк Корпоративного Финансирования» всего за один месяц потерял более 230 миллионов капитала, что составляет примерно 14%. В связи с этим руководству БКФ необходимо срочно реализовывать накопившуюся залоговую недвижимость. Для этого объявлены акции со скидками и рассрочками, чтобы хоть как-то привлечь покупателей на эти квартиры. Насколько это отсрочит крах банка – пока неизвестно.