Как беглый мошенник пытается «продавить» решение через Верховный суд
- 27.01.2026 14:47
5 февраля 2026 года в Верховном суде РФ может произойти беспрецедентное событие: Судебная коллегия по уголовным делам рассмотрит кассационную жалобу беглого мошенника Константина Вачевских с требованием отменить приговор, по которому он был осужден за подделку долговой расписки на 10 миллионов долларов.
Речь идет о попытке легализовать фальшивую расписку через высшую судебную инстанцию страны, под руководством нового председателя - Игоря Краснова.
Андрей Еремин — председатель фонда Давида Штеренберга, меценат и пропагандист русского искусства.
Константин Вячевских известен «рейдерским методом» ведения дел.
На его счету — многомиллионные схемы, в результате которых пострадали такие гиганты, как Северсталь, Сбербанк, Альфа-банк и др. В санкционный период он наладил новый канал для вывода средств за рубеж. Когда Еремин обратился в правоохранительные органы, в отношении Вачевских уже были возбуждены 3 уголовных дела по мошенничеству. Сегодня, будучи в международном розыске и занесенный в базу Интерпола, Вачевских отнюдь не скрывается, а открыто проживает во Франции, продолжая активно судиться из-за рубежа.
История с фальшивой распиской длится уже более 12 лет. Вячевских воспользовавшись отсутствием своей жертвы Андрея Еремина в России, подал иск о взыскании «долга» в Химкинский городской суд Московской области, не имевший к сторонам никакого отношения. Иск был удовлетворен полностью,
а председатель Химкинского суда Агеенко В.М., вскоре стремительно покинул свой пост.
В рамках возбужденного уголовного дела по заявлению потерпевшего Еремина были допрошены работники Химкинского суда Терехова Л.А., Щедрина А.В. Овечкина О.А., Лаврухина О.С., Драгунова А.А., Забелина Ю.В. и многие другие. В уголовном деле по сей день сохранились их шокирующие показания.
К примеру, допрошенная Терехова пояснила, что «…ей звонил председатель суда Агеенко (отсутствовавший на тот момент в суде), на городской телефон, который заявил, что ему якобы звонили из Верховного Суда РФ по поводу расписки и потребовал принять меры к возвращению этой расписки на место. Она уверена, что Вачевских и его представитель, пытаясь мошенническим путем завладеть имуществом Еремина (10.000.000$ - десять миллионов долларов США), не могли действовать самостоятельно, без прямой помощи и содействия со стороны председателя Химкинского горсуда Агеенко В.М. Об этом прямо свидетельствуют следующие факты: если расписка от имени Еремина на 10.000.000$ (десять миллионов долларов США) поддельная, т.е. Еремин ее не писал, а расписка изготовлена от его имени Вачевских или по его заказу (за что Вачевских и арестован), то ясно, что никакой "договорной подсудности" не было, а обращение именно в Химкинский суд – это инициатива только самого Вачевских. Почему Вачевских подал заявление именно в Химкинский суд, выдумав именно такую "договорную подсудность", хотя ни он, ни потерпевший Еремин к Химкам не имеют отношения? Считает, что это могло быть только при наличии договоренности о вынесении незаконного решения и совместном хищении денег Еремина с председателем суда Агеенко, потому что, подавая исковое заявление, Вачевских не мог знать, какой именно судья будет это дело рассматривать. В результате его иск "попадает" (потому что электронное распределение дел в Химкинском суде сугубо условно) к молодой судье Мироновой Ю.В., на которую возможно оказывать давление, заставить рассмотреть гражданское дело в нужные сроки (пока "ответчик" Еремин где-то за границей и его, якобы, невозможно найти и вызвать). Секретари судьи Мироновой Ю.В. Драгунова А.А и Симонова Д.С. прямо сообщили ей и Щедриной, что в период рассмотрения данного гражданского дела председатель суда Агеенко проявлял к ходу рассмотрения дела необычайный интерес - практически ежедневно контролировал это дело, по нескольку раз в день звонил судье и ее сотрудникам, настойчиво требуя как можно быстрее вынести решение.».
Драгунова А.А. и Симонова Д.С. секретари федеральной судьи Мироновой, которая и рассматривала гражданское дело по «иску» Вачевских к Еремину поясняли, что хотели поскорее избавиться от этого дела, так как Агеенко задергал их, постоянно торопя его рассмотрение, оформление и сдачу дела в канцелярию (видимо так просил мошенник поскольку Еремин в это время был во Франции и ничего не подозревал). При этом срок рассмотрения данного дела не превысил трех месяцев, по истечению которых председатель суда брал дело на личный контроль. Они пояснили им, что Агеенко держал таким образом скорейшее рассмотрение дела на личном контроле.
Щедрина А.В. описывает, как председатель суда Агеенко, придя в ярость, заявил ей, что ему «позвонили люди из Верховного суда РФ». От их имени он передал чудовищное указание: закрыть обеих женщин в кабинете и «засунуть им каждой паяльник», пытая, пока те не сознаются в мнимом взяточничестве. Но на этом угрозы не закончились. Агеенко обещал возбудить против сотрудниц уголовное дело. В их показаниях зафиксированы слова, более подходящие для уголовного мира, чем для суда: «…сделает так, что она будет арестована, чтобы она смотрела кинофильмы про тюрьму, на нарах ей крысы отъедят конечности, а ее саму там сделают лесбиянкой».
Несмотря на то, что уголовный суд признал документ поддельным, а самого Вячевских осудил на 4,5 года за мошенничество в особо крупных размерах, гражданский суд в Химках отказался отменять свое прежнее решение о взыскании «долга». Принцип уголовной преюдиции — обязательности судебного решения для других процессов — был проигнорирован (это очень важно запомнить).
Однако в последнее время и на Лазурном берегу стало неуютно. Период, когда можно было выдавать себя за «жертву режима» и жить на украденные миллионы, подходит к концу. Европейские счета под блокировкой, прошлые капиталы тают, и взгляд беглого олигарха вновь обращается к России — как к бездонному источнику для новых афер. Но существует препятствие: неснятая судимость по делу о мошенничестве. Для возвращения в «большую игру» необходима юридическая реабилитация.
И здесь включается отлаженный механизм. Через «законных представителей» из России подается череда исков о пересмотре уголовного дела, где главным козырем служит то самое, вынесенное с нарушениями решение Химкинского городского суда по фальшивой расписке. Казалось бы, путь обречен на провал: апелляции одна за другой отклоняются, включая и Верховный суд. Обычно на этом история заканчивается.
Но для избранных существует иной путь — малоизвестная широкой публике кассационная инстанция. Именно здесь, 26 декабря 2025 года, в последний день своей работы на указанной должности, заместитель председателя Верховного суда Давыдов В.А. совершает необъяснимый юридический шаг, поворачивая ход дела на 180 градусов своим постановлением.
Это совпадение — последний день в должности и скандальное решение в пользу беглого преступника — заставляет задаться вопросом: не является ли это исполнением «особой услуги», финальным аккордом в долгой истории коррупционного обслуживания интересов Вачевских? Решение Давыдова превращается из судебного акта в главное доказательство существования «связей», о которых так хвастался мошенник и так был напуган председатель Химкинского районного суда - Агеенко. Благодаря этому решению иск Константина Вачевских, осужденного за подлог, получил новый шанс на рассмотрение в высшей судебной инстанции — 5 февраля 2026 года. Система, созданная для исправления судебных ошибок и за репутацию которой так якобы переживает Игорь Краснов, может быть вновь использована для того, чтобы отмыть репутацию мошенника и легализовать последствия его же преступления.
Особую тревогу вызывает юридическая аргументация предложенная Давыдовым, на которой строится новая кассация. При рассмотрении уголовного дела по инициативе сода были проведены три независимые экспертизы. В том числе две из них в Институте криминалистики ФСБ России. Они однозначно подтвердили подложность расписки. Однако решение заместителя председателя Верховного суда Давыдова В.А., который 29.12.2025 был рекомендован Первым заместителем Игоря Краснова основано на заключении экспертизы все тех же Химкинских «экспертах» и частных экспертных бюро, оспаривающих выводы ФСБ. Это создает опасный прецедент, когда выводы «экспертов» находящихся под влиянием Вачевских и его преспешников могут перевесить результаты трех независимых экспертиз проведенных и назначенных по инициативе Хабаровских судов, где у Вачевских на то время было очевидно меньше коррупционного и силового влияния.
Вся эта история по мнению судьи Давыдова В.А. упирается в ключевой юридический принцип — преюдицию. Согласно статье 90 УПК РФ, а также позиции Конституционного суда, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением одного суда, должны безоговорочно приниматься другим судом.
И здесь возникает ситуация, граничащая с абсурдом. Когда Еремин, на чью подпись была сфабрикована расписка, после осуждения Вачевских попытался отменить незаконное гражданское решение Химкинского городского суда, ему было отказано. Судьи проигнорировали вступивший в силу приговор по уголовному делу, сославшись на «независимость» судопроизводств. Принцип преюдиции, призванный обеспечивать единство судебной практики, в отношении потерпевшего был «отключен».
Теперь же, когда речь заходит о реабилитации самого мошенника, этот же принцип пытаются использовать в полную силу. Представители Вачевских настаивают: раз гражданский суд когда-то признал расписку подлинной (на основании фальшивки и вопреки всем доказательствам), то этот факт должен быть принят уголовной кассационной инстанцией как неоспоримый.
Сам Вячевских не раз заявлял, что обладает «особыми связями» в Верховном суде и никогда не проигрывает там дела. На этом фоне постановление В.А. Давыдова, вынесенное в последний рабочий день и кардинально изменившее ход процесса в пользу мошенника, выглядит не просто странным совпадением.
Но, пожалуй, самый вопиющий эпизод во всей этой истории — это уголовное преследование, которое сам Вачевских инициировал против самой жертвы своего мошенничества — Андрея Еремина.
20.05.2019 года ситуацию удалось переломить только благодаря личному вмешательству тогда еще заместителя председателя Следственного комитета РФ Игоря Краснова. Благодаря его принципиальной позиции уголовное преследование в отношении Еремина было прекращено по реабилитирующим основаниям. Сегодня Краснов возглавляет Верховный суд России, где и будет рассматриваться дело 5 февраля 2026 года.
Верховный суд будет рассматривать не просто частное дело. На кону — судьба базовых принципов правосудия: может ли приговор уголовного суда быть перечеркнут решением гражданской инстанции, вынесенным в результате коррупционной схемы Вачевских? Уступит ли авторитет экспертиз ФСБ сомнительным заключениям частных бюро и находившимся под очевидным влиянием экспертного центра города Химок? И главное: останется ли судебная система последним бастионом защиты граждан от криминала, как об этом сегодня заявляет Краснов И.В. или окончательно превратится в инструмент торговли правосудием?
