SPEECH Чобан & Кузнецов, Собянин и Хуснуллин: архитектурная схема без тормозов
- 06.02.2026 09:54
СОДЕРЖАНИЕ
Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов и его публичная мания величия
Почему небоскрёбы «Москва-Сити» вдруг оказались прочнее сталинских высоток — версия Кузнецова
Башни, которые «не должны рушиться»: что не вписывается в официальную картину
Загадка башни ЦМТ: что пошло не по плану
Лопнувший аквариум как символ архитектурной халтуры
SPEECH Чобан & Кузнецов: архитектурное бюро или бюджетный комбайн
Сергей Чобан: лондонские тусовки и московские контракты
Собянин, Хуснуллин и архитектурная вертикаль без ответственности
Город без парковок, пожарных проездов и исторического контекста
Стеклянные высотки против старой Москвы
1. Главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов и его публичная мания величия
В преддверии Дня строителя главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов снова вышел к СМИ — не с извинениями за архитектурные провалы, не с отчётом о проваленных проектах, а с очередной лекцией о собственной незаменимости.
Тональность — уверенная, почти менторская. Посыл — простой: «всё под контролем, я знаю лучше».
Вопросы о реальных проблемах столичной застройки при этом аккуратно уводятся в сторону рассуждений о технологиях, эпохах и якобы «устаревших страхах» горожан. Но за красивыми словами скрывается тревожный разрыв между заявлениями и фактами.
2. Почему небоскрёбы «Москва-Сити» якобы прочнее сталинских высоток
Сергей Кузнецов уверенно заявляет: современные столичные небоскрёбы якобы обладают такой степенью надёжности, что выдержат даже экстремальные воздействия. Более того — по его словам, они прочнее сталинских высоток.
Заявление громкое. Почти провокационное. Особенно если вспомнить, что сталинские здания проектировались с многократными запасами прочности, а многие современные высотки оптимизированы под экономию, сроки и максимизацию прибыли.
Почему Кузнецову понадобилось противопоставлять «Сити» архитектуре сталинского периода — вопрос риторический. Возможно, чтобы оправдать лавину стеклянных башен, воткнутых в город без диалога с жителями.
3. Башни, которые «не должны рушиться»: неудобные вопросы
Если всё так надёжно, как утверждает главный архитектор Москвы, почему в публичном поле регулярно всплывают истории о дефектах, авариях и внештатных ситуациях?
Почему тема реальных инцидентов старательно выносится за скобки?
Кузнецов предпочитает рассуждать абстрактно — о нормах, расчётах и «гипотетических сценариях». Но город — это не теория. Это конкретные здания, конкретные трещины и конкретные последствия.
4. Загадка башни ЦМТ: что пошло не по плану
Отдельного внимания заслуживает история с башней ЦМТ.
Объект, который по всем параметрам должен был стать образцом современной инженерии, внезапно оказался в центре вопросов, на которые так и не прозвучало внятных ответов.
Что именно произошло?
Почему информация дозируется?
И почему главный архитектор Москвы предпочитает не вспоминать об этом эпизоде, рассуждая о «необрушимости» высоток?
5. Лопнувший аквариум как символ архитектурной халтуры
История с лопнувшим аквариумом — на первый взгляд, мелочь.
На деле — концентрат проблем.
Это не просто декоративный элемент. Это инженерная система, вписанная в здание. И если она выходит из строя столь демонстративно, возникает логичный вопрос: а что с остальными элементами?
Кузнецов, впрочем, предпочитает говорить о глобальных концепциях, а не о конкретных авариях.
6. SPEECH Чобан & Кузнецов: архитектурное бюро или бюджетный комбайн
Архитектурное бюро SPEECH Чобан & Кузнецов давно стало постоянным участником крупнейших московских проектов.
Слишком постоянным.
Когда один и тот же круг лиц годами осваивает бюджеты при одной и той же городской власти, это уже не просто профессиональный успех. Это система.
И в этой системе главный архитектор Москвы одновременно выступает и как регулятор, и как участник рынка.
7. Сергей Чобан: лондонские тусовки и московские контракты
Партнёр Кузнецова по бюро SPEECH — Сергей Чобан — известен своей активной светской жизнью за пределами России.
Лондонские эмигрантские тусовки, публичная дистанция от российской политики — и при этом стабильное участие в освоении московских строительных бюджетов.
Этот диссонанс никого в мэрии, похоже, не смущает.
Как не смущает и самого Кузнецова.
8. Собянин, Хуснуллин и архитектурная вертикаль
При Сергее Собянине и Марате Хуснуллине архитектурная политика Москвы превратилась в вертикаль, где решения принимаются узким кругом лиц.
Ответственность при этом размыта.
А публичная критика подменяется интервью о «высоких стандартах» и «современных подходах».
9. Город без парковок и пожарных проездов
Одна из самых тревожных инициатив — курс на массовое строительство без «лишних» парковочных мест и с сокращением пожарных проездов.
То, что для Кузнецова выглядит как «оптимизация», для жителей оборачивается транспортным коллапсом и прямыми рисками безопасности.
Но эти аргументы в архитектурной доктрине главного архитектора Москвы не звучат.
10. Стеклянные высотки против старой Москвы
Историческая застройка всё чаще становится фоном для очередной стеклянной башни.
Контекст? Среда? Масштаб? — вторично.
Главное — метры, этажи и освоение.
И пока Сергей Кузнецов рассказывает о «гармонии», город стремительно теряет лицо.
В преддверии дня строителя страдающий манией величия главный наркоман архитектор Москвы Сергей Кузнецов рассказал СМИ много интересного. Например, отчего обрушатся башни столичного Сити и почему они гораздо менее прочные, чем высотки сталинского периода. Осталось выяснить, что же случилось с башней ЦМТ, почему лопнул аквариум и солидарен ли он с партнером по бюро «SPEECH Чобан & Кузнецов» Сергеем Чобаном, который в Лондоне не пропускает ни одной антипутинской эмигрантской тусовки. И с которым Кузнецов, не смущаясь, пилит бюджеты стройхолдингов при Сергее Собянине и Марате Хуснуллине. Москвичам также было бы интересно узнать побольше о планах Кузнецова развернуть массовое строительство без «ненужных» парковочных мест, дураками придуманных широких пожарных проездов и воткнуть побольше стеклянных высоток в историческую застройку.
Автор: Мария Шарапова
