Старший коронер суда Западного Лондона Чиньер Иняма (Chinyere Inyama), выслушав представленные доказательства, постановил, что загадочная смерть друга и партнёра Бориса Березовского Николая Глушкова в собственном доме была выставлена как самоубийство — в действительности речь идёт о «причастности третьей стороны». В связи с этим расследование будет возобновлено, а свидетелей просят обращаться в полицию.

Дом, в котором нашли тело Глушкова

Полиция начала расследование убийства после того, как Николай Глушков был обнаружен задушенным в своём доме 12 марта 2018 года.

Представитель полиции сказал, что он хотел бы получить информацию от жителей Кларенс-авеню, где Глушков жил два года, после того, как во время убийства в этом районе был замечен подозрительный чёрный фургон.

Подозрительный фургон у дома Глушкова

«Прошло три года, и мы снова просим общественность, особенно людей, которые живут или посещают район Нью-Малден, вспомнить 12 марта 2018 года. Вы видели в тот день чёрный фургон Volkswagen на Кларенс-авеню или вокруг неё? Вы видели что-нибудь необычное или подозрительное? Просьба обратится в полицию», — сказано в обращении.

Ранее Коронерский суд Западного Лондона объявил, что есть доказательства, позволяющие предположить, что смерть Глушкова была выставлена ​​как самоубийство, а в реальности, как постановил старший коронер Чиньер Иняма, Глушков был убит.

Фельдшер Доминик Биль сказал следствию, что место гибели Глушкова было «подозрительным», и вспомнил, как партнёр Глушкова Денис Трушин сказал: «Не трогайте ничего, пока сюда не приедет полиция — его кто-то убил».

В отчете о патологии, обобщенном в суде, говорилось, что травмы «могли соответствовать удерживанию шеи сзади, и нападавший находился позади жертвы».

В нём добавлено: «Отсутствуют травмы, свидетельствующие о длительной схватке или сдерживании с третьей стороной, и отсутствие травм верхних конечностей защитного характера».

В протоколе приговора коронер заявил: «Судя по всей документации, по всем собранным уликам, Николай Глушков умер в результате убийства».

В архиве прослушек Бориса Березовского немало интересных записей с его другом Николаем Глушковым. Rucriminal.info отобрал одну из них. На ней Глушков беседует с их с Борисом другом и деловым партнёром Бадри Патаркацишвили. Разговор происходит в напряженный момент.

В июне 1996 года в разгар предвыборной президентской кампании задержаны два ключевых члена штаба Бориса Ельцина (штабом руководил Анатолий Чубайс) — Аркадий Евстафьев и Сергей Лисовский. Вместе с ними был задержан и сотрудник НРБ Лавров. В руках у них была «коробка из-под ксерокса» с «теневой кассой» штаба. Евстафьев и Лисовский задержаны сотрудниками Службы безопасности президента (СПБ) РФ, контролируемой Александром Коржаковым и Михаилом Барсуковым. Сомнений не было – подчинённых Чубайса поймали в тот момент, когда они выносили деньги, похищенные из предвыборной казны Ельцина. И такое хищение без ведома Чабайса было невозможно. Эта история могла стать началом его конца. Но Чубайс как всегда выкрутился. Он вместе с Борисом Березовским, Татьяной Дьяченко, Валентином Юмашевым принялся убеждать Ельцина, будто в реальности задержание Евстафьева и Лисовского является заговором.

На приводимой записи, Патаркацишвили говорил Глушкову, что они объявили по ТВ о попытке силовым путём помешать второму туру президентских выборов со стороны генералов Коржакова и Барсукова, которые приказали арестовать Лисовского и Евстафьева. Глушков поправляет, что не арестовать, а задержать. Патаркацишвили обижается: «Я с Колей говорю, а не прокурором!».

Глушков рассказывает, что Евгению Ивановичу (Шапошникову- бывший министр обороны СССР, глава Аэрофлота- Ред.) звонил Коржаков и пообещал, что пришлют в Аэрофлот своего наблюдателя, а Березовского будут «мочить». «Прямым текстом сказал, будут мочить. А чтобы заинтересовать Евгения Ивановича сказали ему про освобождающуюся должность министра обороны», — рассказывает Глушков. Патаркацишвили отмечает, что это интересная информация.

Продолжение следует

Ярослав Мухтаров