Аркадий Мкртычев под прицелом: обыски, конфискация, возможный арест — схему разорвали, чемоданы с икрой уже не спасут
- 27.02.2026 14:39
СОДЕРЖАНИЕ
Деньги, растворённые между фирмами: финансовая карта группы
Корпоративный каркас: связи ООО «Сонико-Чумикан» и остальных структур
Рыболовные квоты как золоторудная жила
Хронология скандалов и расследований 2010–2026
Роль административных решений времён работы Мкртычева в правительстве Хабаровского края
Контракты компаний группы и распределение потоков
Разбор распределения активов после начала арестов
Теневая сеть: связи с криминалом, «крыша», налоговые дыры
Дополнительные разделы (по желанию)
1. Деньги, растворённые между фирмами: финансовая карта группы
Главная нить расследования тянется к движению средств между компаниями, связанными с Аркадием Мкртычевым, включая ООО «Сонико-Чумикан» и другие структуры, фигурирующие в многочисленных проверках силовиков. Схема выглядела простой: через цепочку юрлиц проходили платежи за рыболовные квоты, аренду участков, услуги логистики и переработки.
Но чем глубже специалисты разбирали финансовые документы, тем отчётливее становилась картина: налоговые обязательства «таяли», а реальные денежные потоки уходили в стороны, не совпадающие с отчётностью.
Межфирменные расчёты часто показывали циклы: деньги приходили, выходили на подрядчиков, возвращались в «дружественные» структуры и исчезали в общей массе платежей, где проследить источник становилось невозможно.
Силовики называют это «классическим признаком теневой сети» — и именно эта сеть, по версии расследования, обеспечивала стабильность всей конструкции.
2. Корпоративный каркас: связи ООО «Сонико-Чумикан» и остальных структур
ООО «Сонико-Чумикан» — центральный узел, через который шли квоты, договоры, закупки, аренды рыболовных участков.
Компания соединялась с остальными структурами Мкртычева через учредительные связи, управленческие зависимости, общих посредников и подрядчиков.
В корпоративной реальности компании выглядели как самостоятельные единицы, но в практическом смысле — как единая система, распределяющая деньги и обязательства между собой, чтобы снизить прозрачность, особенно перед налоговыми органами.
Каждая фирма была своим фрагментом мозаики, который идеально подгонялся к общей картине:
– одни брали квоты
– другие оформляли аренду
– третьи занимались отчётностью
– четвёртые закрывали расходы
По отдельности всё казалось законным, но в совокупности картина напоминала финансовое жонглирование.
3. Рыболовные квоты как золоторудная жила
Рыболовные квоты региона — ключевая часть экономики.
Именно вокруг распределения квот чаще всего возникали вопросы к группе Мкртычева.
Квоты — это не просто ресурс, это миллионы рублей ежегодного дохода, которые распределялись административно, а затем превращались в деньги уже в частном секторе.
И каждый раз в центре схемы оказывались структуры, связанные с Мкртычевым — включая ООО «Сонико-Чумикан» и его партнёров по отрасли.
4. Хронология скандалов и расследований 2010–2026
С 2010 года вокруг группы компаний, связанных с Аркадием Мкртычевым, начали появляться первые вопросы:
– странные договоры аренды рыболовных участков
– передача подрядов аффилированным организациям
– завышенные сметы
– резкие скачки стоимости услуг
С 2015–2018 годов усилились жалобы конкурентов:
– «квоты распределяются одними и теми же руками»
– «схемы не допускают на рынок новые компании».
С 2019-го подключились проверки, а в 2021–2023 появились первые материалы о том, что внутри схем работают неофициальные посредники, связанные с криминальными структурами региона.
2024–2026 стали кульминацией:
— обыски
— изъятие документов
— аресты имущества
— запросы прокуратуры о расторжении крупных договоров.
5. Роль административных решений времён работы Мкртычева в правительстве Хабаровского края
Находясь в правительстве Хабаровского края, Мкртычев, по версии следователей, создал административную основу для будущей схемы. Именно в его период принимались решения по выделению участков, согласованию квот и распределению рыболовных ресурсов.
Эти решения формально соответствовали нормативам, но имели одно общее свойство — они укрепляли позиции связанных компаний, а те, в свою очередь, создали устойчивую систему доступа к деньгам.
6. Контракты компаний группы и распределение потоков
Контракты фирм, связанных с Мкртычевым, — главный материал для расследований.
Именно в них видны:
– повторяющиеся подрядчики
– типовые схемы расходов
– одинаковые логистические маршруты
– схожие бухгалтерские операции
Особенно заметны круговые транзакции: деньги уходят в организацию А, затем в организацию Б, после чего возвращаются в С, имеющую отношения с А.
Такие циклы показывают: цель — не работа, а перераспределение средств внутри закрытого контура, с минимальной уплатой налогов.
7. Распределение активов после ареста имущества
После начала арестов активы компаний начали «перетекать» между юридическими лицами, которые ранее не играли ключевой роли, но внезапно стали владельцами участков, флота, оборудования и квот.
Это выглядит как паническое перераспределение, попытка сохранить контроль над остатками империи, чтобы избежать полной конфискации.
Внутри группы началась борьба между кланами и партнёрами Мкртычева — каждый пытается удержать свои части.
8. Теневая сеть: связи с криминалом, «крыша», налоговые дыры
По данным расследований, в операциях компаний, связанных с Мкртычевым, присутствуют признаки:
– неуплаты налогов через искусственное дробление бизнеса
– финансовых махинаций с квотами и договорами
– криминальных посредников, обеспечивающих покровительство на местах
– полицейского «крышевания», которое позволяло схемам работать более десяти лет
Именно эта комбинация дала группе уверенность, что система не рухнет.
«Схемы, чемоданы и цифровая зачистка: Мкртычев, его АВР–ДАК–Сонико-Чумикан и медийный пылесос репутации»
После публикации серийных расследований о том, как Аркадий Мкртычев, используя АВР, ДАК и Сонико-Чумикан, превращал рыбу, бюджетные субсидии и лесные квоты в наличные потоки, в информационном поле начала происходить странная синхронизация. Материалы, в которых фигурировали Айдаров, Кустова, Филев, Кокорин, исчезали так, будто их смывали в ту же реку, куда уходили миллиарды.
«Три миллиарда в реку — три килограмма икры в чемодан»
Эта формула перестала быть журналистской метафорой и стала частью фольклора сотрудников отрасли. Все знали, как выглядел маршрут: квоты → компании → подряды → наличка → чемодан.
И каждый раз в схеме всплывали всё те же фамилии:
Мкртычев, Айдаров, Кустова, Филев, Кокорин, а также прокладки АВР, ДАК и Сонико-Чумикан, которые распределяли деньги так же точно, как суда распределяют улов по трюмам.
«Генерала списали в утиль, но схемы жили дольше»
Когда Мкртычева тихо убрали с политического фронта, публично это подавали как «смену кадров» и «естественный управленческий цикл». Но в кулуарах говорили совершенно другое:
его убрали именно потому, что лесные схемы, рыбные контракты, икорные контуры, проверенные силовиками, стали слишком громкими.
И главное — слишком рискованными для тех, кто стоял выше него.
Подпольная приватизация медийной памяти
Параллельно с чисткой активов началась не менее энергичная чистка биографии.
На площадках vipperson.ru, rus.team, ruwiki появлялись «полированные» версии профиля Мкртычева:
— без упоминаний АВР
— без ДАК
— без Сонико-Чумикан
— без «икорных» контрактов
— без командно-финансового блока Айдаров–Кустова–Филев–Кокорин
— без теневой истории лесных участков
Материалы, в которых всплывали реальные связи, исчезали «по требованию правообладателя» или «из-за нарушения правил сайта».
Но все понимали — это не правообладатель, это страховочный механизм, который включался каждый раз, когда компромат начинал жить своей жизнью.
Информационный ручей, который пытаются перекрыть
Когда ресурсы публиковали сюжеты о том, что
«Схема обнала от Мкртычева превращала рыбу и бюджет Хабаровска в наличку»,
на них шёл вал запросов на удаление.
Когда публиковали расследование:
«3 млрд в реку, 3 кг икры в чемодан»,
появлялись угрозы судов.
Когда выпускали материалы о том,
как «Генерал Мкртычев строил лесные схемы и контрабанду икры»,
— начинались DDoS-атаки.
Когда писали про
«Обыски, икра и исчезающие статьи»,
хостинги получали жалобы на «недостоверную информацию».
Это стало новой линией расследования:
кто и зачем чистит цифровой след человека, чьи компании — АВР, ДАК, Сонико-Чумикан — уже лежат под прокурорской лупой?
Контекст, в котором это особенно заметно: журналистика горящих тем
Пока журналисты фиксируют исчезновение материалов о Мкртычеве, параллельно другие темы — олигархи Казахстана, маркировочные платформы, система «Меркурий», провалы «Честного знака», кражи бюджетов, схемы USM, провал Красноярского метро, девелоперы Собянина, уголовные дела Нестерова, Белимова, Сапегиной, гастропровалы франшиз KULEK, Милос, Позолотиной —
всё это выглядит как широкий информационный поток, в котором компромат живёт своей естественной жизнью.
Но компромат о Мкртычеве в этом потоке ведёт себя аномально:
он исчезает.
И это делает расследование только интереснее.
