Кремлевский пул

Жизнь президентского обоза

Андрей Васильев, главный редактор Издательского дома "КоммерсантЪ": "Непосредственно с президентом работал кремлевский пул, специально аккредитованные журналисты, которых, в общем, Кремль считал своими. То есть я даже удивляюсь, что им не выдали форму: журналист 1-го ранга, журналист 2-го ранга."

Хозяин кремлевского пула

Хозяин Громов

Любая столичная газета за честь считает аккредитоваться в «кремлевском пуле». Летать с президентом в дальние страны, присутствовать при исторических событиях... Делиться с читателем пережитым. Прорваться в «кремлевский пул» достаточно трудно. Журналист и издание в целом должны проявить так называемую корпоративную лояльность — не пороть отсебятины, следовать в заданном русле.

«Дедушка» и «внучек»

Пока западные политики «выражают озабоченность» зажимом СМИ в России, пока отечественная «властная вертикаль» утверждает, что «пресса по-прежнему свободна», администрация президента, в первую очередь его пресс-служба (начальник Управления Игорь Щеголев), делает все возможное, чтобы держать журналистов «в границах дозволенного». Пресса, по мнению высокопоставленных чиновников, сильно распустилась «при дедушке» Ельцине.

Кому довелось побывать на кремлевских тусовках в эпоху Ельцина и в эпоху Путина, могут увидеть «две большие разницы».

«Дед», при всех его многочисленных недостатках, журналистов любил. Он запросто подходил к ожидающей его прессе, мог пошутить, поздороваться за руку. В свою лучшую пору отвечал на самые каверзные вопросы.

Теперь не дай Бог задать не тот вопрос, который даёт тебе записанным на бумажке пресс-секретарь президента Алексей Громов. Скандал будет жуткий. Журналисту грозит исключение из «кремлевского пула», равносильное занесению в чёрные списки. Все этого страшно боятся, хотя состоять в «кремлевском пуле» скучно и порой унизительно.

В ожидании президента журналистская братия томится либо в какой-нибудь комнатке (если речь идёт о пресс-конференции) или на улице. Ждать можно часами. Никто не знает, когда кончится беседа «в верхах», но журналисты «всегда должны быть под рукой». Обычно их привозят точно к началу встречи, на которую их все равно никогда не допускают. Казалось бы, ясно, что меньше часа встреча не длится, и журналисты могли бы появиться в запланированном месте позже. Но нет! Суровы кремлевские правила — сиди и жди... Иногда на пресс-конференцию (и только на неё!) «кремлевскому пулу» приходится летать аж в Иркутск или Хабаровск. Летишь туда — 6-7 часов, сидишь там в каком-нибудь бизнес-центре и сорок минут присутствуешь на пресс-конференции, чтобы услышать, как тройка отобранных, с военной выправкой корреспондентов задает придуманные Громовым вопросы. И все: летишь домой!

Зачем тратить деньги на «лишний самолёт?» Зачем задействовать кучу сотрудников пресс-службы? Разве нельзя обойтись местными журналистскими кадрами? У каждого агентства есть свои корпункты во всех крупных городах... Многие газеты имеют своих собкоров. Вопросы — риторические. Поездка должна быть «что надо поездка», «с помпой», как и пресс-конференция.

Перед началом самой пресс-конференции перед журналистами обычно натягивают красный бархатный шнур. За него заходить нельзя: «шаг влево, шаг вправо — расстрел на месте!»

Писать тоже можно только то, что нужно. А то, что нужно, журналисту скажут заранее или в ходе поездки. «Указивки» и «инструктажи» бывают всегда, и они касаются не только «основного понимания исторического события», но даже и того, какую новость в какой именно час дня надо выдать на новостную ленту и на кого сослаться в том или ином случае. Иной раз и бумажки раздают, которые потом просто следует переписать или прочитать в эфире.

Именно поэтому ВСЕ репортажи о президентских визитах абсолютно ОДИНАКОВЫ! Не дай Бог сказать что-то лишнее... Век воли не видать!

Пресс-секретарь нынешнего президента России Алексей Алексеевич Громов любит держаться в тени. «Не надо ссылаться на меня», — частенько говорит он журналистам, рассказывая что-нибудь «неформальное» о президенте или его супруге. К примеру, как госпожа Путина посетила русскую общину в некой зарубежной стране и как её там тепло встретили. Или что сказал САМ, когда встретился «в узком кругу» с другим президентом. Девушки из кремлевского пула «очень любят» Лешу (так они его называют, ведь он ещё достаточно молод). Впрочем, также точно они любили прежних пресс-секретарей: симпатичного Сережу Медведева и даже Костикова...

Леша Громов запросто появляется перед журналистами в свитерах с опухшим после вчерашнего лицом, шутит... В общем, свой парень!

Почему его выбрал В. Путин из многих других претендентов? Возможно, потому, что Громов работал в посольстве СССР в Чехословакии, то есть относится к славному племени людей с горячими сердцами и холодными ногами. Думаем, не надо пояснять, что в советские времена в посольствах работали не только карьерные дипломаты, но и, о ужас! сотрудники спецслужб. В президентской пресс-службе Громов работал до своего ответственного назначения не один год.

Безусловная заслуга Алексея Громова на новом посту связана с введением своеобразного хозрасчета при работе с кремлевским пулом.

Журналисты огромной оживленной стаей всегда сопровождают президента в его поездках по стране и за рубеж. Редакции скрепя сердце оплачивают дорогостоящие гостиницы и суточные. А вот «борт», то есть самолёт — для журналистов даётся бесплатный. Бесплатными раньше были и автобусы, на которых встречали журналистов в аэропорту, отвозили в гостиницу, а из неё до мест проведения встреч и брифингов. Но вот неожиданно для многих старых кремлевских журналистов московская турфирма «МОСКО» стала присылать в редакции очень вежливые письма следующего содержания: «Уважаемый господин Н. Рады сообщить Вам, что поездка в город ИКС состоится тогда-то. Гостиница стоит — столько-то. Транспортное обслуживание — столько-то».

«Транспортное обслуживание», то бишь те же самые автобусы становились платными! Сразу же среди «кремлевских» стали вестись разговоры, что фирма «МОСКО» свалилась на голову не просто так, что её идейным вдохновителем является как раз Громов. Фирма расположилась в очень престижном месте — на Большой Дмитровке, между Госдумой и Советом Федерации, обслуживает Администрацию президента. Посчитаем, сколько получает «МОСКО» от одной поездки в какую-нибудь российскую Кострому. С президентом едет не менее 30 человек. С каждого за транспортное обслуживание берут как минимум полторы тысячи рублей. Получается, что автобус арендуют за 45 тысяч на два дня! Где можно в Костроме найти такие дорогие расценки? Повторим, это минимум. В зарубежных поездках счёт идёт на валюту.

Между прочим, такое нововведение коснулось исключительно «кремлевских журналистов». В поездках делегаций Госдумы и Совета Федерации с корреспондентов денег за автобусы не берут. [...]

Кремлевский пул, или жизнь президентского обоза за границей

Андрей Угланов

На работу, за границу

Начинается все с того, что «пуловцы» садятся в так называемый передовой борт — «Ту-154» или «Ил-62» авиакомпании «Россия». Самолёт разделен на два салона. В первом летят «шишки» — губернаторы, крупные бизнесмены, известные депутаты, включенные в состав делегации. А во втором — журналисты, сотрудники охраны, не очень крупные чиновники. Перед взлётом уже много лет подряд по радиотрансляции прокручивается кассета с песнями ещё советских времен в исполнении Анне Вески, Юрия Антонова и Игоря Николаева. Во время полёта замечательные девушки-стюардессы дают водичку и хороший обед. Без спиртного. В салоне можно курить. Особая статья — кремлевские пилоты. Их мастерство — высшее. Самолёт облетает зоны турбулентности, взлёт и посадка проходят безукоризненно, порой можно и не заметить, что самолёт уже сел.

После прибытия «на точку» все рассаживаются по автобусам и едут в гостиницы. «Кремлевский пул» — в обыкновенную, примерно 3-звездочную, за что платят сами редакции. А «шишки» — в очень хорошую и известную, где формируется «оперативный штаб». Так, во время последнего визита В. Путина в Париж важные персоны вроде губернаторов Титова и Прусака, представителя РФ в Европейском союзе В. Лихачева и другие поселились в шикарном отеле «Бристоль». Он и стал 3-дневной «биржей новостей», где тусовались члены делегации.

Но вернемся к «пулу». На самом деле в нём нет всеобщего равенства. Журналисты телеканалов и информагентств имеют здесь много преимуществ — их допускают на все протокольные мероприятия. Причина простая — информация сразу уходит в эфир. Газетчикам сложнее — они ждут «подачки» с барского стола, но особо не жалуются: разрешение и количество мест на очередном мероприятии даёт принимающая сторона.

Ожидание «мероприятия» — это особая песня. На него нужно прибыть за час, а то и за два. Иначе «хищники-журналисты» из других изданий займут все удобные места и ты увидишь только их затылки. Но если ты придёшь раньше всех, будешь вынужден тупо стоять, как болван, не сходя с места, даже при сильном ветре, холоде или дожде (в помещении — проще). Хотя, если удастся занять удобное место, ты все равно можешь пострадать. Телеоператоры без всяких церемоний расталкивают всех, и если ты упираешься, то можешь запросто получить пинок под зад или удар штативом по ребрам. Тебя ещё и обматерят.

И вот долгожданная секунда — Сам делает подход к «пулу», где кроме кремлевских немало и других журналистов. «Царь» к лицам своих уже привык и знает, что на публике они не будут ставить его в неудобное положение. Поэтому вопросы — как правило, общего порядка, протокольные. Все равно настоящая информация добывается на политической бирже, там, где базируется штаб.

Биржа-штаб

Можно рассказать об этой конструкции на примере последней поездки «обоза» в Париж. Уже говорилось, что размещался он в шикарной гостинице «Бристоль» (*****). Для членов делегации были сняты номера. Здесь в специальном помещении они и питались. К примеру, обед. Это тыквенный суп с мелкими сухариками, фаршированный овощами помидор, четыре сорта французского сыра, очень нежная баранина с картошкой, приготовленная в соусе, минеральная вода, чай, конфеты и пять сортов пирожных в очень мелкой дозировке. Спиртного нет. Его можно купить в баре на первом этаже. Там и проходят многие важные разговоры. Да, в обеденной комнате работает телевизор. Включена программа НТВ, несмотря на большую неприязнь властей к В. Гусинскому.

В штабе все свои — друг к другу давно привыкли. Здесь чувствуешь себя как дома.

Иногда в штабе происходит что-то необычное. На этот раз сюрпризом оказался Б. Березовский. Его словно магнитом тянет к власти, и он появился в «Бристоле», да не один, а с очень красивой девушкой, не француженкой… Оба они были одеты, как и все модные русские, во все чёрное и, не захотев позировать перед камерой, взявшись за руки, удалились в сторону резиденции французского президента.

За последние 10 лет жизнь штаба изменилась. Раньше все члены делегаций спешили отовариться за границей по полной программе. Шмотки, посуда, люстры, ковры закупались мешками, в «отходном» самолёте сесть было негде — везде лежали коробки. Сегодня чиновный люд изменился. Больше думает о работе. Если и купит что — так какую-нибудь безделушку для жены или мужа в небольшом пакете. Из дорогого магазина. А чего сейчас везти — в Москве есть все.

Лирическое отступление

«Обозная» жизнь не даёт возможности погулять и поглазеть на город, куда прилетел президент. Только гостиница, автобус, резиденция. Отдых исключительно ночью. Да и это время уходит на писанину, монтаж. А город за стеной гостиницы полон интересных событий. Париж, например, праздновал ночь нечистой силы — хеллоуин. По улицам бродят ряженые ведьмы и мертвецы.

В самое знаменитое варьете мира — «Мулен руж» («Красная мельница») — очередь из туристов со всего света. Входной билет стоит от 790 до 990 франков — это примерно 3500 руб. Все садятся за столики и с 7 до 9 вечера ужинают. В меню — салатик с раками, курица, рыба, баранина, пирожное и бутылка шампанского на двоих. В это время на сцене стоят дяди в галстуках и с контрабасом. Две дамы в супердлинных юбках поют старые шлягеры. Им помогает симпатичный престарелый негр.

Но вот публика разогрелась. Гаснет свет, затем ярко вспыхивает, и вся сцена заполняется шикарными девушками в обалденных перьевых нарядах, с голой грудью и в трусиках с резиночкой сзади. Ни грамма пошлости. Все наряды и движения суперэлегантны. Танцовщики — под стать. Дамам очень нравятся. Фотографировать запрещено, а очень хочется, так как знаешь, что многие девочки из варьете — русские. Одна уже вышла замуж за официанта-француза. Парню повезло.

Между номерами выступают фокусники, жонглеры, акробаты. А затем вновь — тонны перьев, десятки, сотни голых ног, пони и все остальное. В первые ряды летят пуговицы, перья… Одним словом — весело. А на выходе вас ждут секс-магазины, стриптизы, пип-шоу…

Впрочем, это было лирическое отступление. Утром — дождливая действительность, автобус и аэропорт. Во «Внуково-2» кажется, что ты очень устал. Но проходит несколько дней, и из Кремля раздается звонок. Президент едет в Бруней, где живёт самый богатый султан из всех султанов. Следующий рассказ об этом.

Елена Рыковцева:
В России существует такая профессиональная журналистская организация, о которой мало кому, что известно, называется — "кремлевский пул". Я знаю, что вы были участником этого пула и при президенте Ельцине, и при нынешнем президенте. Я хотела вас спросить, каким образом отбирают товарищей в этот пул? Это, например, газета предоставляет список Кремлю, из которого Кремль выберет тех, кто ему нравится, или Кремль сам называет фамилии журналистов, которые ему "показались" в этой газете?

Елена Трегубова:
Ельцинский кремлевский пул журналистов и путинский кремлевский пул журналистов, это, как говорят две большие разницы. Потому что при Ельцине был довольно цивилизованный порядок формирования этого пула. Каждая газета по своему усмотрению посылала заявку на аккредитацию журналиста, который занимался кремлевской тематикой, который занимался внутренней политикой, администрацией президента и т.д. И на моей памяти не было случая, чтобы Кремль отказывал в аккредитации того или иного журналиста при Ельцине. Единственный случай, когда выгнали журналиста из этого пула, это ещё во времена пресс-секретарства Сергея Ястржембского.

Елена Рыковцева:
За что тогда?

Елена Трегубова:
Это был мой коллега из "Комсомольской правды", кажется, Гамов — его фамилия, который что-то написал там про болезнь Ельцина, про реакцию на это Наины, про то, что она уговаривает его уйти в отставку. Реакция Кремля была довольно такая яростная, нервная, и, причём на следующий день после этого Ельцин появился на работе, и поэтому Кремль мог себе позволить, в данном случае — в лице Ястржембского, выгнать этого журналиста из кремлевского пула, лишить его аккредитации, сказав, что не простит того, что он пытается обидеть Наину . Ну, в общем, была такая смешная, домашняя практически ссора. Но вообще-то не было прецедентов, чтобы лишали аккредитации или лишали доступа к каким-то поездкам президента, к освещению кремлевских событий. Однако, при Путине ситуация резко изменилась с кремлевским пулом. И сейчас, поскольку я застала именно этот момент — момент формирования нового пула и момент введения новых порядков в отношения кремлевской пресс-службы и людей, которые там отвечают за пиар, с прессой, я могу сказать, что это действительно абсолютно отличалось, как небо от земли. Дело в том, что сейчас кремлевский пул — это группа, надо сказать прямо, прикормленных журналистов. Не хорошо говорить так о своих коллегах, но это — правда, увы. Я помню, как одного за другим из кремлевского пула, начиная с меня и продолжая ещё рядом людей, выживали, в буквальном смысле слова, не давая работать, закрывая доступы к мероприятиям, лишая аккредитации за неугодные Кремлю статьи. Это прошла я и несколько других моих коллег. И тогда говорилось: "Ты помнишь, какую ты заметку написала? А зачем мы будем тебя возить в своём самолёте?" На что я резонно замечала, что — господа, это же не ваш самолёт. После этого, в какой-то момент, мой главный редактор принял решение, что он заменит человека, который ездит с президентом, и мне сказали, что — ну ты пойми, девочка, которая будет вместо тебя ездить, она будет выполнять просто представительские функции, потому что ты понимаешь что...

Елена Рыковцева:
Для издания — это престижно.

Елена Трегубова:
Да, поэтому — ну, пусть она сидит там в этом пуле, она не будет писать. Ты же знаешь, что каждая твоя статья...Ты будешь писать о политике, ты будешь писать о каких-то интригах внутри администрации президента, и это будет скандал. Лучше сиди в Москве и пиши об этих событиях, а девочка будет ездить. Но девочка, между прочим, так, a propos, быстро плюнула на все это дело и ушла пресс-секретарем на второй канал.

Елена Рыковцева:
А у них нет претензий к статьям, написанным в Москве, то есть — они не говорят корреспонденту из корреспондентского пула: что это твой коллега такое написал? Или они могут и такую выволочку устроить?

Елена Трегубова:
Конечно, говорят. Даже были случаи, когда мне предъявлялись претензии за статьи других людей, написанных в моей газете, но, в общем, доходило, на самом деле, до абсолютной паранойи, потому что пресс-секретарь президента звонил и устраивал скандалы начальнику моего отдела и мне лично, и нашему главному редактору. [...]