РЖД: История хищений. Часть 2
- 23.05.2025 06:23
ОАО «Российские железные дороги» (РЖД) – государственный транспортный монополист и один из крупнейших получателей бюджетных средств. Однако за последние годы (2022–2025) компания оказалась в центре множества коррупционных скандалов. Выявлены схемы хищения десятков миллиардов рублей, злоупотребления при закупках, завышение стоимости проектов и использование служебного положения в личных интересах. Телеграм-канал ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info продолжают рассказывать о политике генерального директора Олега Белозёрова и ее влияние на грузоперевозки и инвестиции; сомнительные проекты в сфере инфраструктуры (особенно связанные с группой компаний «1520»); деятельность заместителя гендиректора Сергея Чаркина и его роль в закупках; многочисленные нарушения Федерального закона №223-ФЗ о закупках и пассивность надзорных органов; а также прямые и косвенные доказательства вовлечённости руководства РЖД и аффилированных лиц в коррупционные схемы. Об этом сообщает КОГОТЬ 2.0
Коррупция в РЖД процветала не только на уровне крупных подрядов, но и в сфере закупок и технологий, которую курирует заместитель генерального директора Сергей Чаркин. Чаркин отвечает за цифровую трансформацию, ИТ-инфраструктуру и связь, в его ведении находятся ключевые «дочки» РЖД: АО «Транстелеком» (телекоммуникации), ООО «РЖД-Технологии», АО «ОЦРВ» (Отраслевой центр развития ветви ИТ РЖД) и др. Именно через эти структуры проходят миллиардные контракты на связь, программное обеспечение, системы безопасности и прочие технологии для железной дороги – и многочисленные данные указывают на непрозрачность и завышенную стоимость таких контрактов. Характерная черта – повсеместная практика закупок у единственного поставщика под видом уникальности услуг или срочной необходимости. Подразделения, подконтрольные Чаркину, нередко заключали договоры напрямую с заранее выбранными фирмами, минуя конкурентные процедуры, как того требует 223-ФЗ.
Например, как рассказал ВЧК-ОГПУ участник рынка, «Транстелеком» закупал телеком-оборудование для РЖД по ценам на 20–30% выше рыночных, оправдывая это эксклюзивностью поставщика. Аналогично, «РЖД-Технологии» и ОЦРВ размещали крупные заказы на разработку софта у аффилированных ИТ-компаний без тендера – суммы таких контрактов исчислялись сотнями миллионов рублей, а результаты порой оказывались сомнительными.
Так, один из проектов по созданию «единой цифровой платформы РЖД» затянулся и подорожал вдвое от изначальной сметы, но контролирующие органы не вмешивались, несмотря на явные признаки нарушения закупочного законодательства. Системность проблемы подтверждают и официальные цифры. По данным Следственного комитета, только за 2023 год было возбуждено 143 уголовных дела коррупционной направленности в отношении сотрудников и должностных лиц РЖД (111 лиц уже привлечено к ответственности). Значительная часть этих дел связана как раз с преступлениями при закупках – откатами, завышением цен, сговорами с поставщиками. Отдельные эпизоды вспыхивали по всей стране: то руководитель дистанции пути попался на взятке за прием некачественных работ, то начальник департамента закупок уличён во «внутреннем» подряде своей фирме. География – от Приволжской железной дороги до Дальнего Востока – говорит о том, что нарушения носят не единичный, а системный характер.
Как выяснил Rucriminal.info, в большинстве случаев схема одна: должностное лицо РЖД организует заключение договора с конкретной компанией (часто через знакомых или подконтрольные фирмы), сумма договора искусственно завышается, разница откатом возвращается заинтересованным лицам. Например, в ноябре 2024 года транспортная прокуратура вскрыла факт закупки филиалом РЖД партии оборудования по цене почти вдвое выше среднерыночной – лишние деньги оседали на счетах посредника, связанного с одним из директоров филиала. Подобные истории перестали быть редкостью; скорее, они стали типовым бизнес-процессом коррумпированных менеджеров среднего звена.
Роль Сергея Чаркина во многих таких схемах оценивается экспертами критически. Как куратор ИТ- и телеком-направления, он, по крайней мере, допускал ситуацию бесконтрольных трат и отсутствия прозрачности. А ряд расследований намекает, что некоторые компании-поставщики могут быть аффилированы лично с Чаркиным или его окружением. Например, в сферу цифровых проектов РЖД активно привлекались консультанты и подрядчики, ранее работавшие вместе с Чаркиным в других организациях – и контракты с ними заключались на эксклюзивной основе. Официальных обвинений Чаркину не предъявлено, однако косвенные факты указывают на возможную его осведомлённость о происходящем. Во всяком случае, за период его руководства ИТ-блоком не зафиксировано ни одного случая, чтобы он инициировал проверку сомнительной закупки или поставил под сомнение цену договора у единственного поставщика. Напротив, создаётся впечатление, что такая модель работы стала негласно поощряться: ключевое – осваивать выделенные бюджеты быстро, пусть даже ценой переплаты. Остальное – «внутреннее дело» исполнителей.
Продолжение следует...
